atarhat.jpg

МИТЭВМА АТАРХАТА 

ДЭОН 

 

ЭНОН I

Я говорю ко всем. Нет среди людей такого, который не был бы достоин лучшего. Всякий содержит в себе великое благо; дурное же, многими почитаемое за великую силу, властвующую над людьми, на деле много слабее воли человека. Злу подвластен лишь тот, кто желает быть слабее его: такой прячет от себя свою силу и принуждает зло надеть маску властелина. Но благо неизменно в своей сути и бессмертно, а зло преходяще: поэтому всякий человек меняется от худшего к лучшему. Каждый человек един с прочими, и потому то доброе, что они делают ему, порождает добро и в нём. Всякое добро таково, — совершено ли оно силою мышц, словом, мыслью или желанием. Добро есть то, что человек умеет делать искуснее всего: в сём умении он велик, — и велик, даже если не знает о том. Но каждый способен узнать об этом, и каждый в некий час узнаёт об этом; так вершится потому, что благо само провозглашает себя. Оно провозглашает себя делом, словом и сиянием, озаряющим чувство и мысль. Благо провозглашает себя и вершит себя; и люди весьма могущественны в вершении блага. Многие вершат зло; но благо торжествует над ним. Всякий вершит благо так, как может, — в меру способностей своих и сил. Есть такие, которые вершат великое благо, и есть такие, которые даже не желают знать, что вершение блага возможно и необходимо. Но каждый познает необходимость блага и радость его вершения: таков закон прогресса. Человечество идёт по пути прогресса знания и прогресса Духа, ибо это необходимо ему и Мирозданию. В сём пути прогресс вершится Природою и человеком, которые едины и вершат его друг через друга. Все нужды человека Природе ведомы, и она вершит то, что необходимо для его блага. Во времена великих невзгод, тягот и опасностей, когда человечество утрачивает верный путь, она вновь указует ему этот путь, чтобы оно не погибло в пучине непотребного. Она вершит это в человеке и через человека, в гармонии с его стремлением. Так она дарует одному то, что необходимо для просвещения многих и всех. Так в нынешние времена она избрала для сего дела меня и даровала мне то, что необходимо для его вершения. Свершилось то, что могло и не свершиться, — но к чему я был приуготовлен. И теперь я делаю то, что должен делать; и это — то, что в моих силах и чего я желаю. Для ума драгоценнейшее — знания, а для совести — вершение блага. Истинно благое и необходимейшее ныне дело — вершение блага и научение этому других. Это есть то дело, ради вершения которого я живу ныне, — ибо так нужно. Вершится так, что Истина провозглашает себя моими устами; это нужно ради Блага, которое вершит себя так. И я могу и должен дать людям великие знания и научить их доброму. Ради этого я и говорю теперь. Тому, кто избрал верный путь, мои слова пусть послужат наставлением; тому, кто ещё не узрел его для себя, пусть они послужат указующим знамением. Ты, внимающий мне, знай, что я говорю правду. Не могу лгать и не желаю: а если бы мог хотя бы пожелать солгать, то был бы нем. Всякий волен не верить мне; но неверие не может обратить правду в ложь. Истина существует, и она такова, какова она есть; она несокрушима, и её невозможно изменить. Заблуждается тот, кто мнит, будто существует несколько противоречивых, но одинаково верных Истин, и тот, кто мнит, будто Истина для человека непознаваема. Такие ленивы умом и волею, или же терзаемы страхом перед неизбежностью, или же снедаемы гордыней, потому что желали бы сами избирать себе Истину и властвовать над нею. Неверие правдивым словам и отрицание Истины сильны, и я знаю это: ведь и дело моё вершится сейчас именно потому, что сила их стала весьма велика. Истина приходит в мир, погрязающий в заблуждениях и злах, и делает его лучше. Но свершается это не в один миг и не в один день, ибо Истина даруется человеку, и через него взывает к людям же. Люди имеют разум и волю, и им нужно время для того, чтобы осознать Истину и научиться вершению блага. Приходя в мир, где властвуют заблуждения, истинные знания встречают не радость и почёт, но пренебрежение и вражду. И может даже быть так, что поначалу их не примет никто кроме того, кто их провозглашает. Но Истина бессмертна; и даже если всё человечество отвергнет её и станет бичевать, она от этого не перестанет быть Истиной. Человек таков, что разум его и тело через Дух ощущают Истину: поэтому он приходит к ней, сколь бы долго ни блуждал по путям заблуждений. И сколь бы долго ни была отвергаема и гонима пришедшая в мир Истина, человечество всё же узрит её и пойдёт по её пути. Поэтому тот, кто не узрит истинности моих слов сразу, узрит её позднее. Быть может, это свершится в нынешней его жизни, а быть может — в другой: но это неизбежно, и так будет. В моих словах нет принуждения, — ибо через него не просветишь заблуждающегося. Хорошо, что видящий в моих словах Истину видит её; прочие же пусть отвергают её до тех пор, пока не увидят её и не возжаждут вкусить её благ и стать ею. Истина — для всех: и она ожидает тех, кто ещё не вошёл в её храм. Ты, внимающий мне, знай: всё — так, как я сказал. И я скажу ещё о многом, и скажу для того, чтобы знающий мою правоту мог научиться должному, а не знающий мог её узнать.

 

ЭНОН II

Истина целостна: малейшей частицы невозможно из неё изъять. Поэтому истинное учение истинно во всякой своей частице, во всяком слове; если бы оно было ложно хотя бы в одной только малости, оно было бы ложно в целом. Всё в Мироздании взаимосвязано, и соотносится меж собою должным образом. Если солгать об одной частице Мироздания, то станет невозможно верно сказать о её соотношении с прочими частицами, и об их соотношении меж собою. Так одна ложь или ошибка обращает правду в хаос заблуждений. Истинное же учение потому и истинно, что нет в нём ни малейшей ошибки, ни лжи. Человек лишь именует его истинным: сделала же его таким Природа. Поэтому, зная, что учение, провозглашаемое мною, истинно, и следуя ему, доверяй ему не только в том, что уже осознал и в истинности чего убедился, но во всём без исключения. Если же ты хотя бы в чём-то сомневаешься больше, чем доверяешь, то это значит, что ты не в Учении, — ибо, не доверяя одному, ты не можешь доверять всему; а если ты не полагаешь Учение истинным, то ты не можешь в нём пребывать. Если бы ты не полагал его истинным, но желал бы к нему принадлежать, это значило бы, что ты стремишься ко лжи, — а тот, кто предпочитает ложь правде, не может пребывать в истинном учении. Истинное учение — для всех; но невозможно быть приверженцем Истины, не признавая её таковой. Не человек установил этот закон, но Природа. Тот, кто не приемлет Истину во всей её полноте, не может принадлежать к истинному учению в силу самой своей сущности, а не в силу человеческого произвола. Так, истинное учение — для всех; но каждый должен узреть его истинность, и тем привести себя к нему. Оно подобно открытой двери в мире слепцов: всякий из них волен войти в неё, — но входит лишь тот, кто прозревает или же обнаруживает её наощупь и осознаёт, что необходимо войти. Истинное учение больше не скрывает себя: поэтому придти к нему может всякий. Признание истинности Учения есть дело ума; вершение себя в нём есть дело воли. Трудно ожидать правильных деяний от того, кто не имеет истинных знаний. Узревший истинность Учения приходит в него таким, каков он есть, и ему ещё только предстоит научиться правильному вершению. Если он знал и правильно вершил нечто прежде — это весьма хорошо; если же нет — это не станет препятствием для вхождения его в Учение. Если же некто, умом признавая истинность Учения и пребывая в нём, не имеет воли на правильное вершение, то это не есть то, что могло бы извергнуть его из Учения. Надлежит радоваться тому, что он пришёл в Учение, — ибо чему же, как не истинному учению, надлежит обращать непотребное в доброе? Пусть он учится и научает себя правильному вершению: для того он и пришёл. Дурные деяния достойны порицания; но порицать следует для научения лучшему, и ни для чего иного. Не отвергай того, кто признаёт истинность Учения, но не следует ему, а учи его надлежащему следованию. Заботься о том, чтобы он мог должным образом пройти должный путь и достичь лучшего. Есть тот, кто может наилучшим образом научить необходимому вершению: это Учитель. Истина провозглашает себя устами человека: поэтому доверяй во всём человеку, сведущему в Учении. Я — основатель Учения, и я сведущ в нём более прочих; я указую тех, кто весьма сведущ в нём, и кто может указать ещё других сведущих. Так череда знающих исходит от меня: они — Учители, а я — их Учитель. Знание переходит от человека к человеку; и ты можешь получить его наилучшим образом только от Учителя, — ведь прочие не столь сведущи. Знай же, что Учитель необходим и драгоценен, ибо через него в мир изливается Истина. Почитай Учителя, ибо ему ты обязан своим пребыванием в Учении. Нет ничего лучше, чем вкушать истинные знания и следовать должному; и если ты идёшь по этому пути, то лишь благодаря Учителю. Ты вершишь свою жизнь в соответствии с тем, что узнаёшь от Учителя, и иной жизни у тебя нет: поэтому ты поистине обязан Учителю жизнью. Цени же его и оберегай так, как ты ценишь и оберегаешь собственную жизнь. И помни, что он — зиждитель жизней ещё и других людей: поэтому цени его и оберегай больше, чем собственную жизнь. Нет ничего драгоценнее того, что ты получаешь от него: поэтому ты никогда не сможешь воздать ему за его благодеяние равноценным благодеянием. Ты можешь воздать ему лишь в малой степени, и вот как: учись у него и содействуй ему в его деле; а как содействовать — он укажет тебе. Помни, что через него провозглашается учение, истинное во всякой своей частице. Не сомневайся же в справедливости его слов, ибо усомниться в ней — значит усомниться в истинности Учения. Он не солжёт тебе, и не станет склонять к дурному: таково истинное Учительство. Если ты не постиг смысла его наставлений — никого в том не вини, и не огорчайся сверх меры: ты не равен Учителю в знании, — потому он и учит тебя. На то, чтобы многому научиться, нужно немалое время; и может случиться так, что смысл некоторых его речений и деяний ты постигнешь весьма не скоро. Доверяй словам Учителя, — будь они сказаны тебе устно, или записаны, или достоверно переданы тебе иным способом. Без доверия Учителю нет доверия истинности Учения, а без наставлений Учителя и без его примера нельзя постичь суть правильного вершения и научиться ему. Учение и Учитель нераздельны: это надлежит знать, и об этом надлежит помнить.

 

ЭНОН III

Учение — истинно, и оно содержит в себе драгоценные знания. Знания эти предназначены для того, чтобы породить в людях то, что необходимо для достижения лучшего в каждом человеке и в мире людей. Достигается же это через вершение, которому следует учиться. Поэтому учись; для того и существует Учение, чтобы ты мог познать Истину и научиться правильному вершению. Учитель научит тебя; ты же доверяй ему. Если ты учишься у него, то учишься потому, что заведомо признаёшь его правоту. Если ты усомнился в его правоте, то, значит, ты полагаешь, что знаешь больше и лучше его. Если так, то зачем ты хочешь учиться у того, кого считаешь менее сведущим, чем ты сам? Оставь его, — ибо так ты не научишься у него ничему, а само твоё стремление учиться — ложно. Первое, чему надлежит научиться тому, кто желает учиться, — это доверие Учителю. Знай, что в речах об Учении он всегда прав: научись знать это. Если его суждение кажется тебе неверным, то это значит, что ты чего-то не понимаешь или чего-то не знаешь. Не пытайся опровергнуть Учителя, а стремись больше узнать, и старайся лучше понять то, что узнаёшь. Спорь не с Учителем, а с собою, в споре опровергая свои заблуждения и отстаивая правоту Учителя. Учитель поведает тебе о существующем; ты узнаешь мир и миры с его слов, и будешь достоверно знать, что они действительно таковы, какими явил их тебе Учитель. И тебе надлежит также самому познавать существующее, чтобы ещё раз узнать то, о чём говорил тебе Учитель. Его наставления помогут тебе в сём деле, — ибо искать легче, если знаешь, что ищешь. Слова Учителя даруют тебе многое, и познанием своим ты многое обретёшь. Из слияния знаний полученных и знаний, добытых самостоятельно, в тебе произрастёт знание ещё более великое, — и ты сможешь научиться большему и стать искуснее в благом вершении. Таков наилучший путь познания Истины. Познавай мир так, как можешь. Мир и сам желает, чтобы ты познал его; и он поможет тебе в этом. Научись видеть его помощь и не отвергать её. Отвергай лишь дурное, — ибо мир не вершит зла и не научает ему. Познавай и учись: и Учитель, и мир, — оба помогут тебе. Познавай и старайся осознать то, что постиг, — ибо без осознания знания могут быть бесполезными и даже вредоносными. Осознание есть постижение твоею сущностью подлинной сути знаемого. Подлинная суть всего существующего — блага; того, кто её постиг, она научает добру. Если же познающий обретает склонность к непотребству и злу, то это значит, что он не осознал познанного. В осознании сливаются знание, изначально содержащееся в человеке, и знание, обретённое им через познавание. Кто осознал нечто, тот никогда больше не впадёт в заблуждение относительно осознанного, и не свершит в этом отношении дурного. Осознание совершенствует человека: стремись же к нему. Достигается оно через содействие ума и чувств, — и тогда лишь, когда есть подлинное стремление осознать и воля к этому. Но бывает и так, что человек имеет стремление и волю к осознанию, но не видит их в себе; такие иногда осознают нечто неожиданно для себя. И такое осознание хорошо, ибо оно просвещает заблуждающегося и направляет его к стезе познания. Познавание и осознавание необходимы для вершения. Кто действительно осознал нечто, тот обретает стремление к вершению блага согласно осознанному. Осознав, что есть благо в отношении чего-либо, он вершит это благо, — ибо не может и не желает поступать иначе. Бывает так, что человек не видит своего осознания, но обретает стремление к вершению блага, и вершит его; такому легче идти по доброму пути, чем тому, кто не осознаёт вовсе никак. Можно многое осознать и через вершение ещё не осознанного блага. Поэтому если Учитель говорит тебе, что хорошо делать то или это, — поступай по его слову. Тогда благо твоего деяния сольётся с тем благом и знанием, которые содержатся в тебе, и из слияния их может проистечь осознание. Это может свершиться скоро, а может и не скоро; но чтобы это свершилось, нужно желать понять и стараться понять благую суть и смысл своего деяния. Но благо — всегда благо, — вершишь ли ты его осознанно или нет. Поэтому верши благо, коему научает тебя Учитель; верши его ради самого блага. Благое вершение хорошо всегда и для всего, — ибо оно делает мир лучше. Научить такому вершению наилучшим образом может только истинное учение, — ибо Истина порождает благо. Поэтому соблюдать то, чему учит Учение, — значит вершить благо. Ты свободен, и волен не соблюдать его: но тогда зачем тебе Учение? Познают для того, чтобы знать, что необходимо, и уметь вершить необходимое; познавший и осознавший стремится к благу. К благу стремится и тот, кто ещё только стремится познавать, — ибо он стремится к сему для того, чтобы искуснее вершить благо. Кто не таков, тот не стремится познавать, или желает употребить знания во зло. Тот же, кто хочет блага, рад вершить необходимое, даже не осознав ещё сути своего вершения. Верши же то, что хорошо: Учение наставит тебя в этом деянии устами Учителя. Учись поступать так, как надлежит поступать; для этого взрасти в себе должную волю к вершению. Разум твой пусть познаёт сущность блага, а воля пусть вершит его. Если тебе ведомо благо некоего деяния, тогда научи себя поступать в соответствии с ним. Это будет хорошо для тебя, — ибо лучше быть благом, чем злом, — и это будет хорошо для мира, — ибо всякое свершённое благо делает его лучше. Научайся делать добро и старайся делать добро: без этого нет пути подлинного познания и совершенствования.

 

ЭНОН IV

Нет участи лучше, чем участь вершителя блага. Он есть тот, кто содержит в себе семя лучшего и дарует это семя другим, взращивая в себе и в них добро. Он — опора бытия мира, ибо стремление к лучшему есть основа существования миров и Мироздания. Он есть тот, кто ныне вершит благо грядущего. Участь его хороша потому, что он таков; и что бы он ни претерпевал — это не изменится. Наилучшее для человека дело — радеть о благе мира: так и мир становится лучше, и он сам. Трудно такому радетелю, — ибо более всего он необходим там, где хуже всего из-за обилия дурного. И чем лучше человек, тем труднее его путь, — ибо большему благу надлежит бороться с большим злом. Поэтому весьма часто бывает так, что на пути человека, вершащего благо, тягот и страданий больше, чем покоя и радости. Но на деле радость его — в том, что он может вершить и вершит благо, а покой его — в знании того, что благо восторжествует. Поэтому он счастлив даже в страданиях; и потому нет участи лучше, чем его участь. Счастье его невозможно отнять у него или погубить, ибо оно с ним неразделимо; и оно таково, что даже смерть не в силах его сокрушить. Страдания — тяжкая, но достойной меры плата за личное счастье, и ничтожная плата за счастье всего мира. Знай это и помни. Пусть знание это послужит тебе пищей в час голода, посохом в час странствий, целительным снадобьем в час недуга, щитом в час опасности, светом в час тьмы. Если ты вершишь благо, то ты непобедим, где бы ты ни был и что бы ни претерпевал. Что такое страдания твоей плоти и твоих чувств в сравнении с благополучием Мироздания? Благополучие его зиждится на тех, кто в свои времена радеет о благополучии времён грядущих. Такие чтут прошедшее, ценят настоящее и заботятся о грядущем; они не страшатся ничего, — ибо ничто не в силах сломить их. Их личные невзгоды тяжелы для них, но не способны разрушить их вершение, — ибо вершение это укреплено не только прежним и нынешним благом, но и благом грядущим. Невзгоды гнетут их меньше, чем прочих, потому что в невзгодах они радуются вершению своего дела и тому, что всё тягостное и дурное будет ими преодолено. Невзгоды не могут ослепить того, чей путь освещён великим благом, связующим времена. Такие поистине счастливы, ибо из неизменно-благого они идут в неотвратимо-лучшее. Счастье их — это счастье мира и Мироздания; это — наивысшее счастье. Они принимают тяготы и страдания ради вселенского блага, а не ради собственного благоденствия в одной жизни. Кто стремится к благу не ради личного счастья, тот обретает счастье. Только так оно и обретается, — ибо подлинное и бессмертное счастье одного есть ни что иное, как частица всеобщего блага и счастья. Поэтому радей о всеобщем благе; и радей о нём не ради награды. Награду свою ты взрастишь в себе сам, если будешь таков, как я сказал. Верши благо и умей преодолевать невзгоды. Они не всегда неизбежны; но ради избежания их не поступайся даже малейшею частицей своего благого вершения. Трудно тому, кто вступает в борьбу со злом в час расцвета его силы; но он терпит тяготы ещё и ради того, чтобы легче было тем, кто будет после него. Плоть твоя может оставить после себя потомство, ум — животворящую пищу для зрячих умов; плодами же твоего желания, стремления и воли будут твои свершения. Всё преходяще, ибо всякое время изменяет мир; и только плоды благих твоих деяний, вписанных в свиток вершащегося во все времена, бессмертны. Они не умирают, но порождают новые благие плоды: так вершится на протяжении Вечности, а затем — далее. Таков вершитель блага. Он дважды бессмертен: один раз — своею сущностью, другой — своими свершениями. Всякий человек предназначен к тому, чтобы быть дважды бессмертным: знай это и возвести это другим.

 

ЭНОН V

Если ты знаешь, что Учение — истинно, то следуй ему во всём. Где бы ты ни был и что бы ни делал, всегда поступай так, как учит поступать Учение. Ты волен поступать иначе, — но тогда для чего тебе Учение, и зачем ты лжёшь, говоря, что стремишься познавать и хочешь научиться правильному вершению? Нечто из должного может быть тебе ещё не по силам; но не ослепляй себя, думая, что с этим можно смириться. Стремись уметь поступать так, как надлежит; научайся этому; но при этом не старайся совершить невозможное. Старайся узреть свою нынешнюю меру; не требуй от себя слишком многого, — но и не позволяй себе вершить меньше, чем ты можешь вершить. В этом будь честен с собою, — ибо иначе ничего не достигнешь. Живя по Учению, будь готов к тому, что тебе будет трудно; но ты должен понять, что нелегко изменить к лучшему себя вкупе со всем миром. Если тебе будет тяжело, то так будет оттого лишь, что должное часто бывает непривычным, и потому — неприятным. Но для того и существует Учение, чтобы привычное дурное и вредоносное сменилось необходимым благим и полезным. Если ты познаёшь, то ты научишься находить приятность в должном и в его вершении, и со временем обретёшь в этом счастье. Каждым твоим правильным деянием вершится нынешнее и грядущее благо Мироздания, — это ли не то счастье, которое больше мириад тягот и бед? Некоторые из людей, видя твои деяния, могут осудить тебя, и даже преисполниться вражды к тебе; причина этого — в их незнании. Не удивляйся тому, что заблуждения восстают на Истину: для изжития этого зла и даровано миру Учение. Если бы не было заблуждений и зол, то и нынешнее его явление было бы не нужно. Поэтому пойми, что следуя Учению ты призываешь на себя вражду всего дурного, что существует в мирах. Будь же готов к сему; будь твёрд в благе, — ибо значимость одной крупицы блага больше значимости тысяч зол. Такова же и сила его; если ты знаешь это, то ты устоишь против любого зла, и преодолеешь его. Будь же таким ради величайшего блага. Никогда не отступай от надлежащего: пусть ничто не сможет принудить тебя пренебречь им. Будь храбр, чтобы не быть сломленным страхом; будь осторожен, чтобы не быть обманутым ложью; будь твёрд в стремлении к благу, чтобы не быть прельщённым соблазнами дурного. Держись Учения, преодолевая тяготы, опасности, искусы и вражду. Помни, что так ты защищаешь саму Истину и Благо, и саму жизнь Мироздания. Нет ничего драгоценнее этого: ради такого вершения и даруется человеку жизнь. Ради этого стоит жить, и ради этого не жаль жизни. Одна жизнь — не чрезмерная плата за всеобщее благо; радей же о благе, борись за его торжество, и защищай то, что хорошо, — если необходимо — то даже и ценою жизни. Не сходи с верного пути, — ведь с тобою по нему идёт всё Мироздание. Научись быть таким, и будь таким. Держись Учения, содействуй ему, как можешь, и защищай его. Старайся и другим явить Истину; помогай им узреть её. Взращивай Истину в умах людей: это — дело весьма благое и необходимое. Провозглашай Учение, когда и где это возможно. Истина есть наилучшее из богатств; и богатство это таково, что оно не станет меньше, сколько бы ты ни раздавал его. Сокрывающий его от людей есть худший из воров; теперь, когда Истину надлежит провозглашать, сокрытие её есть великое зло. Открывая кому-либо Истину, ты взращиваешь в нём семя блага и указуешь ему наилучший путь. Он научается благу, и будет вершить его, а это — то, что необходимо для совершенствования Мироздания. Во всём, что он свершит доброго, будет частица и твоего вершения; так ты будешь вершить благо не только сам, но и через тех, кого привёл на верный путь. Великое благо — помочь другому познать Истину: благо это равно Вселенной. Но не делай этого насильно, — ибо тогда великое благо обратится в великое зло. Всякий через своё стремление и свою волю выводит себя на избранный им путь; он способен сам избрать его. Человек наделён свободною волей, и она должна вершить себя. Она есть одно из свойств познающего; если бы её не было, познающий не был бы таковым. Без свободы выбора не может должным образом вершиться познание, ибо тогда невозможно избрать стезю познания и свои шаги по ней. Принуждение человека познавать то, что не он сам избрал для своего познания, есть одно из величайших злодеяний. Кто посягнул на свободу выбора другого человека, тот препятствует его восхождению к лучшему. Если некто своею волею избрал для себя дурной путь — это полагает ему препону в восхождении; но если кто-либо насильно принудил его избрать даже наилучший путь — это полагает препону ещё большую. И для принудившего это — горе, ибо он хотел совершить благое дело, а совершил злодеяние. Такой сам вверг себя в заблуждение, — и от этого несчастье его ещё больше. Горе обоим, — и принуждённому, и принудившему. Человек совершенствуется тогда, когда он познаёт, и когда умеет, различив лучшее и худшее, сам избрать для себя лучшее. И познаёт он наилучшим образом только тогда, когда сам избирает для себя путь познания. Не принуждай же никого избрать путь, который представляется тебе наилучшим, — даже если он и в самом деле наилучший. Провозглашай Учение только тому, кто желает его знать; а кто не желает, тому не навязывай его. Сам же поступай так, как надлежит поступать, и отстаивай Истину через благо. Живи, держась должного пути и верша добро; отыщутся те, кто пожелает узнать твой путь и вступить на него. Являй благо деяниями и предлагай Истину в словах; отыщутся те, кто узрит это. Тех же, кто идёт иными путями, не презирай, и не питай к ним вражды. Они избрали для себя то, что сочли благим, и за это достойны уважения. Всякий стремится к благу, — но не всякий знает, что оно такое. Если некто ошибся и избрал неверный путь, то это — от незнания; он подобен ребёнку, не умеющему умом своим объять целый мир. Старайся помочь ему увидеть Истину, — но только так, чтобы не ущемить его свободы. Провозглашай Учение только там, где это уместно, и только тогда, когда это уместно. Чужие учения уважай и никогда не оскорбляй, и не глумись над ними. Опровергай их для того, чтобы более явственною стала Истина; но делай это подобающим образом, без гнева и презрения, и при этом не лги. Правда не есть оскорбление; но и её провозглашай так, чтобы в этом не было злобной хулы. Страшнейшее и наихудшее в сём деле — ложь: если ты солжёшь, то станешь недостоин того, чтобы явить кому-либо свои слова. Защищай Учение словом Истины от слов лжи и вражды, и делом — от враждебного дела. Сам же никого не подвергай насилию за его убеждения; и чужое учение защищай от несправедливых гонений, — подобно тому, как защищают всякого невинного. Если ты радеешь о свободе, то ты радеешь о благе. Не исполняй обычаев чужих учений и не используй в Учении их атрибутов, для них же изготовленных. Это есть гнусное воровство и великое оскорбление; также и тех, кто не в Учении, сколь возможно удерживай от этого. Сколь возможно удерживай их от оскорбительного поношения чужих учений, и от глумления над ними, и от лжи о них, и от всяческой вражды. Радение о мире есть радение о благе. Пусть слово и деяние мирно соперничают со словом и деянием; вершащееся таково, что Истина и благо восторжествуют всё равно.

 

ЭНОН VI

Не питай к другому человеку презрения и вражды за то, что он обитает в той или другой земле или принадлежит к тому или другому народу. Нет худших и лучших земель и нет худших и лучших народов. Природа едина; всё, что существует, есть её частицы, — и в каждой из них содержатся все прочие. Каждая частица Мироздания есть ты; люби же мир и береги его больше, чем себя, — ибо он есть ты, который больше тебя. Так же и люди едины с тобою: всякий из них есть ты. Они драгоценны, потому что они существуют и в них живёт чувство и мысль. Они идут к благу; и всякий из них может свершить великое благо для Мироздания, и свершит его — будь то скоро или нет. Всякий из них есть частица животворящей Природы, рождённая ради лучшего и достойная лучшего. Люби же всякого из людей, цени и береги его и радей о нём. Ни земли, ни державы, ни народы не могут являть разделения людей на лучших и худших. Все земли одинаковы для всякого из людей; державы разнятся законами, но не людьми; различия же народов есть лишь одежды, в которые облекается единообразная сущность человека. Различия меж народами существуют не ради отвержения ими друг друга, но ради взаимного влечения к слиянию. Из надлежащего слияния различного происходит новое и лучшее прежнего. Так, из слияния различных народов произойдёт единый народ, который будет лучше прежних. Пусть же не будет меж народами вражды, и пусть никакой из них не будет презираем и гоним. Пусть соединяются в любви сыны и дочери разных народов, и потомство их пусть будет счастливым. Есть и в мирах иных твари, разумом подобные людям. Люди и они подобны разным народам: это так. Законы единства всеобъемлющи: поэтому из надлежащего слияния этих народов также произойдёт новое и лучшее прежнего. Это свершится в своё время и принесёт добрые плоды. Пусть же не будет вражды ни меж народами мира людей, ни меж народами Вселенной. Стремись к тому, чтобы это было так, ради сего верша надлежащее. Пусть единым народом будут те, кто пребывает в Учении. Поистине, они — единый народ; отличие же его от прочих есть знание Истины. Она вечна: поэтому народ этот есть Вечный Народ. Были в прежние времена среди людей люди из сего народа; не раз он погибал в мире людей, и столько же раз возрождался. Он таков, что плоть не полагает ему предела: поэтому кто принадлежал к нему, будучи во плоти, тот и по оставлении её пребывает в нём. Все, кто когда-либо познал Истину, пребывают в сём народе; и в нём же — те, кто познал её, обитая в мирах иных. Таков Вечный Народ, обитающий в Мироздании. В нём нельзя родиться, — но он приемлет каждого, кто сливается с ним через познание. Все идут по пути познания к знанию Истины, и все достигнут цели. Все станут частицами Вечного Народа — и люди, и иные твари, подобные им разумом. Вечный Народ — это мой народ; и я говорю: пусть придут в него все. В нём нет вражды и злодейства, но лишь любовь и добро, ибо в нём в благе едины Дух, сознание, чувство и плоть. Через него пролегает путь восхождения, именуемого «совершенствованием», и он взращивает в Бытии великое благо Мироздания. Он не ведает вражды к прочим народам, — ведь они есть те семена, из которых он взрастает в своём единстве и величии. Он радеет о этих семенах, и из них через благо он взращивает себя. Таков он; помни же, что ты — его частица, и верши то, что подобает ей вершить.

 

ЭНОН VII

Всякий человек имеет своё место в мире и своё дело. Многоразличны дела людей: одни из них величественны, другие — едва зримы. Во всяком деле есть те, кто более искусен в нём, и те, кто менее искусен; одни идут путём постижения своего дела дольше, и постигают его лучше, чем другие. Таков путь познания: все идут по нему, но не все идут вровень. Кто более искусен в неком деле, тот лучше знает, что для этого дела полезно, а что — вредоносно; и он лучше знает, как делать его, чем тот, кто не столь искусен. Поэтому тому, кто менее искусен в неком деле, следует в нём подчиниться тому, кто более знающ и искусен. Пусть он следует его слову и учится у него: так он принесёт своему делу больше пользы, потому что будет делать его лучше. Будь таков в деле, которое ты избрал. Почитай того, кто в нём искуснее тебя, повинуйся ему в этом деле и учись у него. Тому, кто в нём менее искусен, чем ты, помогай делать его наилучшим образом, заботься о нём и научай его этому делу. Тот, кто делает своё дело искусно и хорошо, достоин за это уважения от всякого человека. Поэтому даже если ты весьма искусен в своём деле, ты будешь прав, если окажешь почтение тому, кто искусен в другом деле. Все дела связуются меж собою, сплетаясь в ткань вершения. Они подобны потокам, истекающим друг из друга и сливающимся друг с другом. Великие дела слагаются из малых, которые вершатся в них. Всякое дело таково; и даже если его знает и вершит только один из людей, то есть некто, кто лучше знает суть потока, в который слагаются подобные дела. Таково и вершение блага. Малые благие деяния есть ступени вершения великого блага. Многие вершат благо в меру своего разумения и своих сил; и многие даже не видят сути блага дальше малого своего вершения. Но есть те, кто весьма сведущ в деле вершения блага; таким ведомо и малое благо, и слагающееся из малого блага благо великое. Такие знающие могут быть наставниками в благе для каждого из людей. Многоразличные дела вершатся в потоке благого вершения. Что бы ни делал тот, кто стремится к благу, — для него будет правильно и хорошо воздать почёт тому, кто более сведущ в благе, следовать его слову и учиться у него. Много есть различных плодовых дерев, — но земля и влага у них одна. Так знание блага есть пища всякого дела, и знающий благо есть подобающий наставник и водитель для всех. Сознательное вершение блага проистекает из должного знания Истины, которое необходимо для верного вершения. Мудрость есть великое знание и осознание Истины. Она нераздельна с благим вершением; так, кто подлинно мудр, тот благ. Мудрый есть наилучший Учитель; того, кто не приемлет блага, он способен привести к благу, а благого он способен сделать совершеннее. Поэтому что бы ты ни делал, следуй слову знающего и благого: оно направит к благу любое дело. Такой, как он, хорош везде и всегда, — ибо он делает мир лучше. Из властителей наилучший — тот, который мудрее прочих. Такому надлежит повиноваться более, чем другим, — будь он водителем державы, некоего народа или круга людей. Среди знающих есть более сведущие и менее сведущие, — как и во всём прочем. Их Учитель и водитель — тот, кто более других знающ и мудр; он словом своим и делом наилучшим образом вершит наилучшее для мира и людей. Он — наилучший водитель и властитель; сама Природа делает его таковым, — ибо благо вершится благом и ради блага. Отыщи такого, почитай его и повинуйся ему, соблюдая провозглашаемый им закон. Закон его подлинно хорош и благотворен, ибо в сём законе благо Природы сливается с благом человеческой воли, порождая ещё большее благо. Нет закона лучше этого, справедливее и сильнее. Такой властитель есть наилучший властитель в глазах мира и необходимейший для людей, ибо через него и его закон миром могут править Истина и Благо. Нет ничего лучше для процветания мира: это так. Отыщи такого мудрого; где бы он ни был и кем бы он ни был, он — один такой. Он — из Вечного Народа, и для людей он — наилучший. Верши его дело; стремись к тому, чтобы в мире и в мирах воцарились Истина и Благо. Следуй провозглашаемому им закону, и других научай тому же, ибо это — ради лучшего. Нет ничего лучше Блага; среди всего, что существует, пусть будет избрано лучшее, и пусть оно властвует и вершит себя и мир. Пусть будет так; радей же об этом.

 

ЭНОН VIII

Ты свободен в своих чувствах, мыслях и деяниях. Свобода эта естественна и не подвластна никому, кроме тебя самого. Два предела есть у неё: один — тот, над которым ты не властен, другой — порождение твоего произвола. Первый есть предел твоих свойств, способностей, знаний и сил; второй ты полагаешь себе своею волей. Первый предел может быть перенесён тобою от прежде невозможного для тебя, ставшего возможным, к иному невозможному; но он останется, — ибо чего ты не можешь, того не можешь. Второй предел ты изыскиваешь для себя сам и избираешь его для себя сам в меру своей воли. Он отделяет то, что ты можешь и хочешь делать, от того, что ты можешь, но не хочешь делать; и он отделяет то, что ты можешь не делать, от того, что ты вменяешь себе в обязанность. Возведение этого предела есть сила власти над собою. Никто не властен над тобою, кроме тебя самого: это — закон, который невозможно преступить. Невозможно принудить человека к чему-либо против его желания и воли. Всякий совершает только то, что он желает совершить. Всякий в меру своего понимания изыскивает то, что почитает лучшим для себя, и этому следует. Если некто, будучи принуждаем к чему-либо через угрозы, пытки или иное подобное, совершает это, то это значит, что он счёл это лучшим для себя. Так, он сам преступает положенный им же себе предел, — ибо такова его воля. Есть такие, воля которых столь слаба, что они не могут устоять против страха, страдания или соблазна: предел такого для него не прочен. Такие не делают свой предел незыблемым, и легко преступают его; но они весьма часто мнят, что в этом виноваты не они. Такие несчастны, — ибо хотя и стремятся они обрести лучшее, но на деле часто отвергают его ради худшего. Бывает так, что им это ведомо, но они предпочитают отвергнуть лучшее ради того, что легче или приятнее чувству или плоти: так они часто ради малого и мнимого отвергают великое и истинное. Они несчастны, — ибо так они разрушают себя и ввергают себя в пучину страданий. Кто отверг благое ради дурного, тот после краткого облегчения или наслаждения познает горечь своей утраты и боль, — ибо так он стал беззащитен перед большим злом и большими тяготами. Такие утрачивают больше, чем обретают, и путь их к лучшему становится много мучительнее. Никто не виноват в этом, кроме их самих, — ибо свобода их не подвластна никому другому. Есть такие, которые умеют властвовать над собою; их пределы для них прочны, ибо воля их не желает склониться перед невзгодами и соблазнами. Такие обозначают для себя свой путь избранными ими пределами, и держатся их. Если они заблуждаются, избрав неверный путь, то однажды через познание они отыщут путь верный; тогда и пределы их станут иными. Дурное сменяется добрым; так неверные пределы сменяются верными, когда то, что было в них дурного, уходит и сменяется благим. Но, будь предел верным или неверным, каждый полагает его себе сам, и только сам же может принудить себя преступить его. Всякий избирает себе один путь из нескольких. Выбор может вершиться всегда, — потому что не бывает так, чтобы воля имела лишь один путь. Раб волен смириться со своею участью и волен не смириться; принуждению через страх смерти можно подчиниться и можно не подчиниться. Ничто не в силах сломить твою волю, — кроме её самой. Поэтому помни, что ты свободен всегда и во всём; принудить себя к чему-либо можешь только ты сам. Ты избираешь для себя то, что представляется тебе благом, и следуешь избранному. Это может быть весьма тягостно, если ты верно избрал умом, но не осознал, — ибо тогда трудно унять возмущение чувств. И тогда это может быть весьма тягостно, когда ты верно избрал только чувствами, — ибо тогда рассудок может терзать чувства, страдая от того и сам. Но та и другая тяготы — преходящи; тот же, кто их преодолеет, обретёт счастье много большее, чем миновавшие страдания. Сумей избрать должное и следовать ему; и помни, что никто не может принудить тебя избрать то, что не представляется тебе таковым. Я наставляю тебя и говорю, что тебе надлежит поступать известным образом, — но я не принуждаю тебя к этому. Я возвещаю тебе надлежащее и лучшее; оно таково, даже если бы никто в мире людей не знал его или не доверял ему. Из лучшего и прочего ты избираешь одно, и избираешь его сам, — в согласии со своими чувствами и знанием. Ты волен поступать не так, как тебе надлежит поступать, ибо ты можешь не знать блага или не хотеть его, — но от этого надлежащее не перестанет быть таковым. Лучшее в Природе вершится естественным образом: оно и есть надлежащее. Такова Природа, — а ты есть её частица; и ты волен поступать неестественно и дурно, — но при этом надлежащее останется таковым, а ты будешь вершителем зла. Лучшее — таково, каково оно есть; оно не зависит от твоих желаний, твоих знаний, твоей веры и твоей воли. Надлежащее подобно потоку; ты волен быть им или не быть, — но ты не можешь повелевать им и изменять его по своему произволу. Я говорю тебе о надлежащем, и говорю достоверно. Если ты через чувства или ум познал истинность моих слов, и если ты хочешь следовать им, — тогда верши это. Положи себе пределы, не позволяющие обращать благое вершение в дурное; и пусть воля твоя соблюдает и укрепляет их. Отыщи лучшее для себя и избери его для того, чтобы следовать ему. Никто не может принудить тебя избрать нечто или отвергнуть избранное. Что бы ты ни избрал, — держись избранного; пусть свобода твоя вершит себя, а воля пусть будет сильна. Пусть ни страх, ни страдания, ни соблазны не смогут повергнуть твою волю; пусть лишь знание подвигнет тебя отвергнуть дурное и избрать лучшее против прежнего. Ищи лучшее и верши свою свободу и дело своей воли.

 

ЭНОН IX

Пусть тот, кто стремится к благу, помнит, что вершение блага есть суть бытия Мироздания. Мироздание существует ради блага, которое есть его основа и цель. Мироздание не восстаёт на себя, ибо оно существует по законам естественности, из коих величайший — стремление к лучшему. Природа соблюдает этот закон; поэтому она благотворна. Соблюдай его — и не совершишь зла, но лишь благо. Ты — частица Природы; она существует тобою, а ты — ею; закон для тебя и для неё — один, и благо — одно. Ты един с Мирозданием, и ты содержишь его в себе. Люби же его такою великою любовью, какою ты способен любить то, что для тебя во много крат драгоценнее тебя самого. Ты равноценен Мирозданию: пойми же, сколь драгоценно оно, много большее тебя, если даже малая его частица, которая есть ты, равноценна ему во всей его полноте. Малое равно великому; великое же, будучи равно малому, в то же время много больше его. Так малое есть великое; великое же величием своим превосходит его. Так ты равноценен Мирозданию, но оно много драгоценнее тебя: таковы ступени тождества. Почитай же и люби Мироздание как должно, — ибо без любви к благу невозможно познать сущность вершения блага. Природа есть плоть и вершение сущности Мироздания; она созидает, зиждит и претворяет через благо и ради блага. Она есть лик самого бытия всего существующего; ею живёт живущее. Она блага; ценность её равна ценности Бытия. Она есть единое, единственное и лучшее из существующего в Мироздании. Всё есть она, и ничто не может быть не ею; она есть проявления Творца внутри его самого. Невозможно совершить благо не через неё, — ведь и существовать можно только через неё. Через неё вершится существование необходимого зла, которое через неё же претворяется в благо. Она есть величайшее, необходимейшее и лучшее; и она есть существующее. Знай, что она такое, — ибо знание это необходимо. Всякая тварь, не способная осознавать, обладает этим знанием; обладаешь им и ты, — но ты должен обрести его ещё раз и осознать: таков путь осознающего. Знай Природу и люби её так, как должно. Познавай её для того, чтобы в тебе слились любовь неосознанная и любовь осознанная: тогда в тебе родится любовь высшая. Она породит в тебе великую гармонию с Истиной и Благом, — и тогда ты сможешь обрести ещё более великое знание и свершить ещё более великое благо. Мир людей есть чрево, породившее тебя, и пища, вскормившая тебя; ты есть его частица. Он породил и взрастил тебя ради блага; и он порождал, и порождает, и будет порождать других ради того же. Люби его, почитай и береги; познавай его для того, чтобы вершить для него благо. Для него хорошо то, что естественно; познавай же естественные законы для того, чтобы вернее соблюсти их. Береги мир ради лучшего; знай, что благо, совершённое для него, породит во временах и пространствах благо много большее. Не причиняй миру зла и защищай его от зла, вершимого другими. Помни, что наилучшим образом ты изживаешь и предотвращаешь зло, научаясь благу и научая ему других. Что естественно, то хорошо; познай же суть естественности. Познавай меры должного и меры мер, чтобы не причинить зла через благо. И помни меру своего мира; она такова: твой мир есть Мироздание. Радей о благополучии своего малого мира, тем радея о благе всего Мироздания; радей о благополучии Мироздания, — ибо так ты радеешь о благе своего малого мира. Природа есть то, о благополучии чего тебе надлежит радеть всеми своими силами через все свои чувства и знания. Радея о благополучии любой и каждой её частицы, ты в одно время радеешь о благополучии и малого своего мира, и всего Мироздания. Нет дела лучшего, чем это: всякое благо вершится им и ради него. Таково единство и таково благо. Люби Природу, — ибо всё благо происходит ею через неё; познавай её и преумножай её благо; не будучи таким, ты не сможешь свершить должного и необходимого.

 

ЭНОН X

Всякая тварь есть частица Природы; таков же и человек. Помни об этом; почитай его и люби, береги его и радей о его благе. Он драгоценен среди драгоценного, ибо в нём взросло то, что Природа даровала ему ради блага, и что есть залог прогресса Мироздания. Это есть великое свойство — познающий разум, способный осознавать. Будь он достоянием человека или иной осознающей твари, он есть то, через что в должные сроки и должным образом свершает свою эволюцию Дух. Это — ступень, миновать которую нельзя; без неё не может вершиться восхождение Мироздания, которое есть Творец, к большему совершенству. Поэтому человек драгоценен в Мироздании столь же, сколь драгоценен в человеке разум, без которого он не мог бы познать Истину, научиться благу и стать совершеннее. Когда ты смотришь на человека, ты видишь одну из опор Мироздания; ты видишь семя, из которого взрастёт величайшее благо. Таков человек; почитай же его и люби, — ибо иначе нельзя. Ты таков же; так не подобает же тебе дурно обходиться с другими. Познай и осознай, что человек драгоценен даже в сравнении с драгоценным; он необходим Мирозданию; Природа взрастила его в себе с великим тщанием и с великою любовью. Без любви невозможно вершить благо; всякое доброе дело питаемо ею. Она есть в каждом, — хотя многие не ведают того; если некто делает добро, желая, чтобы другому было хорошо, то это — от любви. Она сильна; и человек рад повиноваться её стремлению, — ибо такое вершение есть наслаждение благом. Желание добра кому-либо или чему-либо есть проявление любви; но если желаешь добра, то делай его, чтобы правда не обратилась в ложь. Как надлежит любить Природу, так надлежит любить и человека, — ибо он есть одна из драгоценнейших её частиц. Заботься о благе человека; делай ему добро. «Правильное» значит «благое»; познавай же Истину, чтобы не ошибаться в своём вершении. Познав должное, следуй ему: так ты не сойдёшь с благого пути. Всякое твоё деяние есть деяние великое, — ибо даже из малейшего деяния произрастает великое благо или великое зло. Ты обитаешь среди людей; ты среди них даже тогда, когда ты один. Всякое твоё деяние, слово, мысль и желание либо хорошо и благотворно для них, либо плохо и вредоносно. Помни об этом; живи так, чтобы не причинять людям вреда. Научись различать благотворное и вредоносное; также научись различать меру, чтобы уметь предпочесть большее и необходимейшее благо меньшему. Других научай тому же, чтобы благо обрело для себя больше источников. Если ты любишь людей, то ты должен желать, чтобы они любили друг друга: иначе нельзя. Любовь порождает любовь, а благо порождает благо; доброе взрастает из доброго. Любовь и благо даруют людям стремление к большему совершенству и волю к его достижению. Из стремления и воли к малому благу произрастает стремление и воля к благу великому. Живи так, чтобы не только вершить благо, но и научать тому же других. Это — великий поток блага; этим потоком животворится эволюция человечества. Радей не о том лишь, чтобы совершить нечто благое для людей, но и о том, чтобы сами они желали и умели вершить благо. Радея о том и о другом, ты радеешь о благе большем; так ты порождаешь всеобщее благополучие. Пусть все будут таковы, — тогда род людей познает величайшее счастье.

 

ЭНОН XI

Много есть добрых и полезных дел; избери себе то из них, которое хорошо для тебя. Избирай его со тщанием, — так, чтобы не обмануть себя; избрав же, стремись быть в нём искусным, чтобы не обратить пользу в непотребство. Но помни, откуда изливается подлинное благо: источник его — истинное учение. Поэтому что бы ты ни делал, радей о благополучии истинного учения, через это радение радея о благе мира. Поступай так, чтобы деяния твои приносили ему пользу; заботься об этом. Следуй ему, зижди его, береги его и защищай. Ты живёшь среди людей; много у них различных законов и обычаев. Уважай их законы и обычаи; но помни, что твой закон и обычай есть тот, который провозглашён истинным учением. Он — наилучший; он предназначен для вершения блага, и ему неведомо стремление к дурному. Исполняй его и научай ему других; но не принуждай их следовать ему против их желания, — ибо насильственное принуждение к благу есть зло, и из него не взрастёт благо. Сам же держись этого закона, и утверждай его в мире собою. Не знающий блага скажет, что закон этот плох и вредоносен; не удивляйся этому, — ведь утверждаемый тобою закон пришёл в мир, жители коего привыкли к законам, худшим твоего. Не сразу изживаются заблуждения; будь же терпелив и усерден в своём вершении. Есть истинный закон, несущий миру благо; и есть те, кто следует ему: это — Вечный Народ. Ты — в нём; радей же о его благе. Нет у тебя ничего лучше его, и нет ничего лучше его у мира людей. Благо изливается в мир через Вечный Народ, бессмертный в истинном учении; радея о нём, ты радеешь о Благе. Есть в мире людей немало дурного, восстающего на благо в стремлении истребить его. Умей защитить Вечный Народ от враждебных сил: кто вершит благо, тот не может иначе. Вечный Народ есть твердыня блага; в Вечном Народе — ты, и твой Учитель, и другие Учители, и многие множества людей и иных осознающих и благих. Всякое зло, восстающее на него, есть порождение сил, много меньших его, — и закон их мал и неверен. Истинный закон лучше других законов и сильнее их; и никакой из них не властен воспрепятствовать тебе следовать верному закону, утверждать его и защищать его. Если он гоним и истребляем — защити его словом и делом. Но помни, что люди жаждут добра, а зло вершат лишь потому, что заблуждаются, мня его благом. Поэтому истребляй зло через обращение его в благо; пусть восставшие на тебя не погибнут, но узрят благо твоего закона и последуют ему. Старайся поступать так; научайся этому для того, чтобы побеждать без битв. Так можно многое совершить, и многому злу не дать взрасти и восстать на Вечный Народ. Это — наилучшая борьба, — ибо в ней даже побеждённый богат благом и счастлив. Старайся бороться так; пусть не будет в тебе стремления к худшей борьбе. Но если так защитить не удалось, и если некто вошёл в обиталище Вечного Народа, чтобы силою истребить его, обратив благое в дурное, а живое — в мёртвое, — тогда защити его даже и силою. Час такого деяния есть час великого горя и великой скорби, — ибо ты свершишь зло и примешь на себя его тяжесть. Но не защитить невинного и благого от страданий и гибели есть зло много большее, — ибо если ты не защитил его, то ты истязал его вместе с его мучителем, а рука его убийцы — твоя рука. Защити его силою, как можешь, — ибо учинить насилие над злодеем ради защиты блага есть зло меньшее, нежели потворствование злодею даже и через недеяние. Ты избираешь для себя одно зло из двух; но избираешь ты его не столько ради себя, сколько ради того, кто нуждается в защите. Не должен он страдать или погибнуть потому лишь, что твоё благополучие для тебя дороже его благополучия. И если он погибнет по твоей вине, — ибо ты мог защитить его, но не защитил, — то тебе будет хуже, чем ему, потому что этот твой грех много страшнее смерти. Если ты уязвишь себя злом ради блага — горе тебе; но и благо тебе, потому что ты принял на себя великую тяготу этого горя, радея о благе другого человека. Деяние это не погрузит тебя в пучину зла, хотя и уязвит великою болью, и обременит великою тяготой; но в пути своём ты через вершение многого блага изживёшь свершённое тобою зло. Первое из блага есть уже в самом этом деянии; и через него избежишь ты большего зла и большей тяготы. Так и сделай, — но тогда лишь, когда нельзя будет иначе, и только ради защиты. В сём будь внимателен и тщателен, чтобы не ошибиться и не свершить этого без необходимости, или не промедлить излишне, мня, что необходимости ещё нет, тогда как она есть. Но говорю тебе: избегай этого зла, пока возможно; изо всех сил старайся не допустить, чтобы возникла необходимость в нём. Пусть не будет ни человека среди людей, ни народа среди народов, ни твари среди тварей, ни закона среди законов, и ничего иного, что могло бы принудить тебя повиноваться ему, отвратясь от деяний во благо Вечного Народа и следования его закону. Пусть ничто из этого не устрашит тебя, — ибо ничто из этого не сильнее тебя. Что бы ни было с тобою, — не исторгай себя из Вечного Народа. Поистине, тебе нечего страшиться, ибо нет страданий, больших даже малейшей частицы счастья Вечного Народа. Сей народ таков, что и умерший не исторгается из него, но по-прежнему пребывает в нём, и живёт, и видит, и чувствует, и мыслит, и совершает деяния. Поэтому не страшись смерти; избегай её, доколе подобает, — но не страшись. Она кратка, и сама в себе не содержит страдания; а за нею — дальнейшая жизнь в Вечном Народе. Не страшись же смерти; если необходимо будет, то прими её, защищая Вечный Народ и блюдя свою верность его закону. Прими её, если нельзя будет иначе; это — поступок, великий благом и порождающий великую силу в благе: даже умерев, ты победишь. Умерев, ты не исчезнешь, но будешь жить; пожертвовать же малым собою ради великого себя, который есть Вечный Народ, — поступок из достойнейших. Ты утратишь плоть, — но взамен обретёшь великое благо своего деяния и благо Вечного Народа; плоть же при надобности обретёшь вновь. Защищай Вечный Народ и блюди свою верность ему; и знай, что он так же преданно радеет о тебе. А в те времена, когда не постигают тебя и его столь великие невзгоды, радей о благе Вечного Народа как-либо иначе, в меру своих умений и сил. Всячески радей о его благополучии; добывай ему силу, и добрую славу, и имение. Помни о том, что ты и есть Вечный Народ; живи же так, чтобы не ввергнуть его через себя в зло, непотребство и позор: блюди чистоту своих деяний. Пусть другие через тебя видят в Вечном Народе лишь благое, — даже если и не поймут этого блага. Но благо являет себя в людях, — и будут такие, которые узрят и поймут его. Если ты подобающим образом введёшь кого-либо в Вечный Народ, — великое благо и великая радость тебе, и ему, и сему народу. Просветить осознающего и тем породить великое благо — деяние из достойнейших. Много есть благих дел, подобающих тебе; верши же добро. Посмотри вокруг — и увидишь, что благое вершение взывает к тебе о себе. Живи же им, а оно пусть живёт тобою.

 

ЭНОН XII

Ты — из Вечного Народа: благо тебе. Но помни, что народ этот для того существует, чтобы вершить благо и блюсти его везде. Заботься же о сказанном деле, ибо ты — его вершитель. Многие хотят блага только для себя или для тех немногих, кто им дорог. Ты же желай блага всем, и радей об их благе; дорог тебе Вечный Народ, — но дорог и тот, кто не в нём. Тем хорош Вечный Народ, что он — вершитель и блюститель всеобщего блага; для того ты и радеешь о Вечном Народе и защищаешь его, чтобы он мог быть, радеть о других и защищать их. Если из всего существующего ты любишь только Вечный Народ, то это значит, что ты не знаешь его. Если ты не радеешь о благе того, кто не в Вечном Народе, то это значит, что ты сам — не в Вечном Народе. Ты борешься не с людьми, но со злом. Зло — всегда зло, — восстаёт ли оно на тебя или на другого. Благо же — всегда благо, — вершится ли оно для тебя или для другого. Много есть таких, которые радеют о благе только своего народа; ты видишь, сколько зла проистекает из этого. Так рождаются многие несправедливости, и многие злодеяния, и многие горести и тяготы для людей и мира. Ты же потому в Вечном Народе, что познаёшь Истину и научаешься радению о всеобщем благе. Всякий народ для тебя — твой народ; Вечный же Народ есть сливающиеся в единый лик лики всех народов и то, что есть в них лучшего. Всякий народ есть твой родной народ, а всякий человек одинаково дорог тебе. Радей же о благе всякого народа и всякого человека так же, как радеешь о благе Вечного Народа и тех, кто в нём, — будь они людьми или иными тварями. Всякому правому или невинному будь радетелем о нём и защитой, а всякому злу — преградой. Из зол, вершащихся в мире людей и в мирах, нет таких, которые не уязвляли бы тебя, и к обузданию и изжитию которых ты не должен был бы стремиться по мере умений своих и сил. Нет такого правого дела, за которое не мог бы ты отдать жизнь, — ради кого бы оно ни вершилось. Трудно стоять против всего зла мира; великие невзгоды и тяготы могут пасть на тебя. Но благая мощь Вечного Народа столь велика, что любое зло — слабее её, и оно будет повергнуто ею. Через тебя изливается эта великая сила: поэтому ничто не сможет повергнуть тебя. В этой борьбе смерть не есть поражение; и если ты погибнешь, борясь, то это будет твоей личной победой в борьбе. Смерть не есть конец твоего существования: она есть лишь переход из одного мира в другой. Поэтому, погибнув, ты не умрёшь; быть может, ты сможешь и далее бороться за то же дело; если же нет, то в некий час ты всё же вкусишь радость победы, — ибо всякий, кто борется за благое дело, един с тобою. Не страшись же того, кто восстаёт на благо: едва начав борьбу, он уже побеждён. Научайся верно различать доброе и дурное, чтобы не ошибиться и не совершить зла. Познавай Истину и научайся стремлению к благу и вершению блага, — только так войдёшь в Вечный Народ и станешь непобедимым. Войдя же в него помни, кто ты и каким тебе надлежит быть. Благо тебе, если ты — в Вечном Народе; но если ты удовольствуешься этим благом и не станешь стремиться к благу большему, тогда утратишь и это благо. Всеобщее благо есть цель Вечного Народа, всегда радеющего об этом благе; потому он и вечен, что существует через вечное знание должного, вечное стремление к лучшему и вечное вершение блага. Таким должен быть ты. Всеобщее благо есть твоё благо, — и иного блага для тебя нет. Радея о всеобщем благе, ты обретаешь благо личное; это так, — ибо добро живёт через соблюдение и преумножение себя. Помни об этом и верши так. Вершение блага есть величайшее из дел, и оно — твоё дело. Будь же достоин его, и верши его так, как надлежит.

 

ЭНОН XIII

Деяния слагаются из деяний. Великое благое дело ты делаешь во всякий миг всяким своим благим деянием. Мироздание становится лучше, когда ты делаешь нечто правильное и благое. Ты живёшь среди людей и вершишь своё дело среди них и пред ними. Правильные твои деяния могут представляться другим неправильными и дурными, — но потому лишь, что тот, кто привык к дурному, часто отвергает доброе. Но много есть и таких, которые знают, что хорошо, а что — дурно, однако же не умеют научить себя следованию надлежащему. Такие либо слабы духом, либо своё благополучие ценят превыше благополучия всеобщего; эти последние нарекают глупцом всякого, кто поступает иначе. Тебе надлежит следовать должному, и других, сколь возможно, научать тому же; трудно это, но необходимо. Во всяком деянии может содержаться борьба, — борьба с тем дурным, которое в тебе, и с тем, которое вокруг тебя. Помни, что ты един со всем существующим; поэтому если ты изживёшь нечто дурное в себе, то этим ты сделаешь лучше мир вокруг себя; а если изживёшь нечто дурное в нём, то этим сделаешь лучше себя. Из двух дел слагается вершение блага: из изживания дурного и из порождения и взращивания благого. Многие деяния таковы, что невершение в них дурного уже само по себе есть верное и благое вершение. Есть и такие, в которых невершение есть зло: в них следует дурное вершение заменять благим. Суть благого вершения — в том, что оно естественно. Человек есть частица Природы; и он не должен уязвлять её злом, — ибо не естественно восставать на себя, верша себе худшее вместо лучшего. Всякое деяние либо хорошо и полезно для Природы, либо вредоносно; тебе надлежит уметь различать одно и другое. Всё естественное взращивает в Мироздании великое благо и великую гармонию. Оно благотворно для людей, потому что они есть частицы Природы; и через вершимое кем-либо благо они становятся лучше, — даже и не ведая того. Ты живёшь среди людей; и ты знаешь, что среди них многие достигают того, чего хотят достичь, через вершение неправого и дурного. Благополучие их мнимо, — но они не ведают того; и они причиняют великий вред миру ради мнимого своего счастья, которым обманывают себя. Они подобны путнику в пустыне, ради глотка мутной и солёной воды гонящему от себя того, кто указует дорогу к чистому источнику; горе им, — ибо их ждёт жажда и великие страдания. Многие живут так, — питая дурное своими деяниями и до некоего времени питая себя через него. Благо, вершимое тобою, повергнет зло, и вместе с ним — их мнимое благополучие, которое они почитают за подлинное. Так ты свершишь благое дело, ибо изживёшь дурное, порождающее дурное, и так терзающее мир. Кормившийся от зла и утративший кормление своё познает многие невзгоды и скорби; но ты помни, что не изжив дурного нельзя взрастить доброе. Не на человека ты восстаёшь, но на зло, им вершимое; и если некто, взращивая зло, чинит вред миру, то пусть зло это будет повергнуто ради взрастания в мире блага. Тот же, кто через зло взращивает силу свою и власть, познает невзгоды по своей вине, а не по твоей, — ибо он вершил неправое дело, а ты свершил благо для мира. Человека же этого ты уберёг от больших бед, — ибо он вкусил бы их, если бы и далее вершил зло силою, обретённою через зло. Каков бы он ни был, — путь блага открыт для него. Отыщутся такие, которые вступят на этот путь, отвергнув мнимое своё благополучие и зло, которое вершили доселе. Но другие восстанут на тебя и иных вершащих благо, — ибо всякое благое деяние, где бы и кем бы оно ни было совершено, поражает зло, через которое зиждят они то, что мнят своим благополучием. Будь же готов к этому; трудно правому среди неправых. Но сила Блага будет твоею силой; через благой закон Вечного Народа она изольётся в тебя, а через тебя — в мир. Держись сего закона, ибо в нём — источник твоей силы и благополучия мира. Закон же этот есть закон вершения блага через естественность. Что не естественно — то вредоносно: это есть зло. Оно восстаёт на естественность, стремясь утвердить в мире свою власть; и многие идут по этому пути, тем ввергая себя в рабство, а многих других — в горести. Ты же можешь повергнуть зло и помочь его рабам обрести верный путь. Благополучие их мнимо, а скорбь их от утраты его есть скорбь от заблуждения; благо же, которое могут они вкусить, беспредельно. Помни же, что ты не зло им причиняешь, но добро; с их злом ты борешься ради их же блага. Так ты вершишь добро для них и для мира. И помни, что изжить зло наилучшим образом можно только через обращение его в благо. Для этого необходимо истинное знание и благое вершение; помогай же другим обрести это знание и научиться этому вершению. Чтобы мочь это, познавай сам и научай благому вершению себя; помни, что это — в твоих силах. Следуй благому закону Вечного Народа, — ибо если сам не будешь таков, то не сможешь научить вершению блага и других. Я провозглашаю тебе этот закон через свои наставления; о многом из него я сказал уже, и о многом ещё скажу.

 

ЭНОН XIV

Живи не отступая от благого закона. Верши свою жизнь в согласии с ним; что свершишь ты в своей жизни, то пусть будет свершено по нему. Живи по нему так, как сумеешь; вкуси то, что доведётся тебе вкусить через него, — и скорби, и радости. И помни всегда, что ты живёшь ради благополучия всего мира. Высок этот путь, и он — наилучший. Где бы ты ни был и что бы ты ни делал — будь таков, чтобы мир знал в тебе одну из своих опор. Если ты отвергнешь нечто — пусть это будет сделано ради мира; если примешь нечто — пусть это будет сделано ради мира. Трудно тебе будет; но лучше тяготы для тела и радость для Духа, чем радость для тела и тяготы для Духа. Дух твой есть то, что неподвластно невзгодам и бедам, и что не может быть никем порабощено или повергнуто. Он всегда велик в благе и силён, и силу свою он дарует телу: умей лишь принять её. Не страшись бедствий, — ведь они не могут погубить бессмертного. Если ты несёшь Истину и благо туда, где сильны заблуждения и зло, то тебя могут постигнуть великие невзгоды. Тебя могут постигнуть многие беды, и скорби, и обиды, и боль, и на пути твоём могут явиться многие препоны; но помни, кто ты есть, и научай себя терпению и упорству. Будь ты недужен, нищ, пленён, истязаем или подвержен иным невзгодам, — знай, что ничто из этого не сильнее тебя. С тобою — вся благая сила мира, в сравнении с которой сила зла подобна едва тлеющей головне в сравнении с солнцем. Ты силён и могуществен; силу и могущество ты обретаешь через верность стремлению к благу и стойкость. Что бы ни было с тобою, в какие бы невзгоды ни был ты ввергнут, ты — одна из опор мира; и даже малейшее из благих твоих деяний зиждит его жизнь и благополучие. Будь ты немощен телом, гоним, истязаем или изгоняем от людей или из мира, — и тогда даже через одну лишь твою верность благому закону в мир изливается поток блага и его сила, которую порождаешь ты. Слабейший из слабых, если он верен благому закону Вечного Народа, на деле столь силён, что мир зиждится через его мощь: помни об этом. И помни, что сильнейший из сильных, если он взращивает силу свою через зло, не устоит против этого слабейшего из слабых. Будь ты слаб телом или властью, или будь ты силён ими, — помни об этом. Ты можешь достигнуть богатства, власти и могущества, — но пусть всё это будет обретено тобою через следование благому закону. Помни: кто утратил богатство и могущество через следование сказанному закону, тот во много крат лучше и сильнее того, кто обрёл их через вершение зла. Если ты велик среди людей своим могуществом, то радей о том, чтобы соблюсти своё вершение в чистоте. Добывая себе могущество через богатство или через нечто иное, помни, что ты вершишь это ради блага мира. Могущество хорошо и благословенно тогда лишь, когда через него ты вершишь добро для мира и людей: только для этого и нужно могущество. Добывая могущество, добывай его только праведным путём, — через вершение, согласное с благим законом; если же так добыть его не сумеешь, то не добывай вовсе. Не поступай неправо и дурно, добывая богатство, власть и могущество, — ибо они не стоят того, чтобы ради них свершить даже малейшее зло. Верша ради них зло, ты оскверняешь их; и благо, которое ты после свершишь через них, будет подобно отравленному источнику. Если ты можешь добыть могущество ради вершения через него блага, то добудь его: но при этом соблюди в чистоте себя и своё дело. Обретя же его, употреби его для вершения блага, в согласии с благим законом. Поступая так, ты сделаешь много добра, — ибо та сила, которая изначально проистекает из тебя, сольётся с той силой, которой ты будешь владеть через добытое могущество. Твоё могущество есть могущество Вечного Народа: иного быть не может. Если ты могуществен — Вечный Народ вольёт в твоё могущество поток своей силы, тем многократно увеличивая его; если ты слаб, нищ и истязаем — Вечный Народ дарует тебе великую силу, и ничто не сможет повергнуть тебя. Но не для всякого могущество власти есть лучшее из доступного; может быть так, что для тебя лучшее — в ином. Избирай же себе дело тщательно; отыщи то, что поистине хорошо для тебя. Много в мире добрых и полезных дел; старайся же не отвергнуть того, что есть наилучшее для тебя, ради того, что более прельстительно. Не ошибись, чтобы после дело твоё не уподобилось телу, мучимому недугом, — ибо тогда оно едва ли сможет соблюсти себя в благе и принести пользу миру. То, что ты волен избрать, избирай тщательно; то, что имеешь, употребляй наилучшим образом. Всё, что ты вершишь, верши через благой закон и ради блага мира.

 

ЭНОН XV

Люби людей, береги их и радей об их благе. Содействуй им во всём добром, а от дурного оберегай их, сколь можешь. Радей о том, чтобы люди любили друг друга: это — дело, исполненное великого блага. Сеется и взрастает в людях любовь, и так взрастает благо Мироздания. Люби людей не как себя, но много больше, чем себя; питай их своею жизнью. Ты живёшь потому, что существуют люди; и ты живёшь ради их блага, которое есть и твоё благо. Делай мир лучше для них, а их — для мира; научайся этому делу и научай ему других. Всякого, кто несправедливо гоним, истязаем или умерщвляем, защити; и защищай его так, как защищал бы всё Мироздание. Заботься о таких, как можешь; подай им помощь не ради награды, но потому, что это — естественно. Заботься, как можешь, о тех, кто слаб перед сильнейшим их злом, и о тех, кто пребывает в горестных невзгодах, и о тех, кто нищ, и о тех, кто недужен, и о прочих нуждающихся в помощи; и других научай тому же. Помогай и защищай через благо, чтобы не осквернить добра злом. Благо не питается злом; невозможно совершить добро через ненависть, подлость или злодеяние. Верши благо только через благо; кто полагает, что это невозможно, тот на деле лишь не желает научиться этому. Нельзя свершить благо через злодеяние; но знай меру добра и меру злодейства. Если некто заблуждается — старайся обратить его к истинному и надлежащему: но при этом не чини над ним насилия. Если некто вершит дурное — старайся отвратить его от этого вершения: но при сём помни, что он свободен в своём вершении и волен избрать для себя лучшее или худшее. Не чини над ним насилия, — ибо он волен сам породить зло и сам вкусить его плоды; но если он желает причинить зло другому, который есть правый или невинный, то воспрепятствуй ему в этом. Защити человека, чтобы не причинили ему зла; если нельзя иначе, то воспрепятствуй злодейству и через насилие. Это — зло: но это — зло меньшее, чем попустительство злу, обращённому против правого или невинного. Насилие, обращённое против зла, не есть полное зло, — ибо так вершится больше блага, чем зла; но оно таково тогда лишь, когда нет иного способа предотвратить злодеяние. Но даже верша это, не имей в себе ненависти, и верши это без подлости и лжи, — ибо они обратят то, что ты сделаешь, в полное зло, и так ты сам породишь зло, которое будет больше того зла, которое ты желал предотвратить. Помни же, что насилие может быть благим лишь тогда, когда оно защищает; но и тогда в нём содержится доля зла. В этом есть и заслуга, и грех: если ты совершил это, то тебе есть о чём ликовать и есть что оплакивать. Справедливость — великое благо; только ради неё может вершиться необходимое насилие. Помни, что несправедливое насилие, совершённое ради справедливости, губит её. Вот какова мера справедливого насилия: не чини насилия над одним невинным или правым даже ради счастья всего мира. Это есть осквернение сказанного счастья злом: мир не примет этого счастья, и оно не познает свершения. Невзгоды, горести и страдания можно вытерпеть или изжить: они менее страшны, чем свершившаяся несправедливость. Величайшее благо, добытое ценою малейшей несправедливости, рождается осквернённым, и потому — мёртвым; и на его месте взрастает зло. Нет оправдания несправедливости; через неё нельзя совершить добра. Невинного или правого защити даже тогда, когда для этого необходимо встать против всего зла мира; и если нужно — защити его от силы силой. Но верши это так, чтобы от этого не пострадал ни один из невинных или правых: никто не должен страдать от несправедливости, — даже и ради блага. Соблюдай справедливость, и помни, что не с людьми ты борешься, но со злом, над ними властвующим. Люби людей, каковы бы они ни были; в злодее борись со злом, — а человека люби. Если ты вершишь насилие, то не ради ненависти, а ради справедливости. Так, даже верша насилие над злодеем, скорби о том, что от твоего насилия страдает человек; оплачь страдания того, кого ты любишь. Горе ему, ибо он вершил зло и тем подвигнул тебя на насилие; и горе тебе, ибо ты вынужден был принять на себя тяжесть греха и причинить страдания человеку. Ты видишь, что и благое деяние может принести страдания: таково вершащееся. Лучше принять страдания ради блага других, чем обрести ложное благо ценою их страданий. Не питай ни к кому вражды, но лишь любовь; и помни, что несправедливость, совершённая ради любви, оскверняет её и порождает зло, пожирающее её. Подлинная любовь чиста; и если ты можешь ради любви совершить несправедливость, то это значит, что любовь твоя — ложна, и на деле ты не любишь. Подлинная любовь может породить справедливое насилие, в котором больше блага, чем зла; но она не может породить несправедливости. Береги жизнь человека. Она драгоценна, ибо даруется ради познания и вершения блага. Пресечь её — значит восстать на благо, вершимое самою Природой: велико это злодеяние. Береги же её и защищай, и других научай тому же. Не убивай человека; но помни, что допустив убийство невинного или правого ты сам станешь убийцей. Если ты не воспрепятствовал злодею, и он убил невинного или правого, то это ты совершил это злодеяние, и тогда ты сам — убийца. Если ты защитишь невинного или правого, и защитишь даже через необходимое насилие, и при этом даже убьёшь злодея, то этим ты совершишь грех великий, но меньший, чем допущение злодейского убийства. Это — убийство не злодейское; но оно таково тогда лишь, когда через свершение этого зла предотвращается зло ещё большее. Но и тогда это — великий и страшный грех: тяжек он. Но и в нём есть благо: оно заключается в справедливом спасении другой жизни. В прочих же убийствах нет даже и малейшего блага, но лишь великое зло; поэтому не убивай ни из выгоды, ни из ненависти, ни из мести, ни ради кары и ни ради чего бы то ни было иного. Если же сам падёшь, защищая невинного или правого, или благое дело, — тогда благо тебе и хвала; но и этого избегай, сколь возможно и сколь подобает. Верши же благо, и через него сделай мир таким, чтобы никто не вершил зла и не желал убить, и чтобы никому не пришлось вершить насилия во имя блага, или убить, или принять смерть. Избавь мир от зла, сделай его благим: таково твоё дело.

 

ЭНОН XVI

Что бы ты ни делал — будь справедлив. Справедливость есть плод, созревающий на древе естественности. Она есть исток всякого благого дела и его наилучшее завершение; она — основа верного вершения. Справедливость есть принцип вершения того, что является наилучшим и безусловно необходимым; великий закон справедливости зиждится и вершится Природой, через него зиждящей и вершащей себя. Будь справедлив не только в деяниях своих, но и в мыслях, стремлениях и желаниях: так ты не доставишь пищи злу. Познавай, чтобы уметь различить справедливое и несправедливое; пусть стремление к справедливости укрепится и взрастёт в тебе через познание и станет корнем всякого твоего стремления. Научаясь справедливости, человек обретает большее совершенство, — и тогда сущность его изливается гармонией с Природой. Благо проявляется через справедливость, ибо суть её — в том, чтобы каждый обретал наилучшее для него и для прочих. Кто вершит справедливость, тот и дарует её, и обретает. Нельзя быть подлинно добрым и любящим, не желая вершения истинной справедливости и не верша её всеми своими силами. Истинная справедливость — одна, и на ней зиждится Мироздание. Познавай же её и верши; будь источником, из коего она изольётся в мир. Радей о всяком благом деле; не препятствуй вершению блага; не верши зла; не умаляй блага и не оскверняй его злом ни через деяние, ни через недеяние. Будь справедлив к Природе: береги её и даруй ей то благо, свершить которое в твоих силах. Будь справедлив к людям: не причиняй им зла, но лишь благо. Пусть всякое деяние твоё будет справедливо; пусть плоды твоих деяний не содержат в себе семян зла, и пусть не изведает горя тот, кто вкусит их. Ты взращиваешь плоды своих деяний для того, чтобы мир жил, питаясь ими; пусть же не будут они отравлены. Не поступай несправедливо: так ты не осквернишь злом себя и мира. Не покушайся на свободу выбора; пусть всякий изберёт для себя свой путь. Не чини насилия; но помни, что попустительство насилию есть несправедливость столь же великая, как и само неправое насилие. Береги жизнь человека; и помни, что попустительство убийству равно самому убийству. Не притесняй другого в истинном его праве; не чини ему препон в его вершении. Не истязай ни человека, ни иную тварь: пусть никто не примет от тебя страданий; но помни, что вершитель зла и несправедливости страдает от блага и справедливости, вершимых тобою. Если ты причинил ему такие страдания, то это — твоя боль, ибо от чего бы ни проистекли страдания, — они всегда мучительны и горестны; но в этом нет твоей вины, ибо не ты свершил зло,— но то зло, которое живёт в сём страдающем, терзает и пожирает его. Сделай всё, что можешь, для того, чтобы изжить его страдания; но и ради этого не верши дурного. Не унижай другого, не глумись над ним, не оскорбляй его, — ибо благо в вершении своём не пожирает души и умы. Не лги; поистине, ложь есть один из ликов несправедливости и семя всяческих зол. Ложь есть восстание на Истину, — и потому даже ничтожнейшая ложь есть меч, наносящий Мирозданию мучительнейшие раны. Из лжи произрастают заблуждения, которые препятствуют необходимому вершению; в малейшей лжи содержится великое зло, которое бывает незримым для незнающего, но губительным для мира. Поистине, лжец есть губитель многих благ, осквернитель любви, мучитель живущих, враг себе. Ложь есть зло более ужасное, чем насилие и убийство; она есть яд, малейшая капля которого отравляет всё Мироздание. Природа не лжёт и не подвигает на ложь, — ибо единожды совершив это, она смертельно отравила бы себя, и в то же время пожрала бы себя, и Мироздание погибло бы. Благо не вершится через ложь; если ты солгал ради блага, то этим ты отравил его, и ты — злодей. Если нечто благое не может свершиться без лжи, то пусть оно не свершится вовсе, — ибо солгав, ты всё равно не свершишь блага, но вместо этого взрастишь зло. И ради того, чтобы избежать невзгод, горестей, страданий и всяческих зол, не лги, — ибо зло не изживается через другое зло, а ложь хуже и вредоноснее, чем любые тяготы и страдания. Нет в Мироздании необходимости лжи и обмана. Не лги же никогда, — что бы ни было с тобою. Не лжесвидетельствуй и не клевещи; лучше умереть, чем совершить это. Не преступай данного тобою слова, не нарушай своих обещаний; если ты сделаешь это, то породишь один из отвратительнейших и вредоноснейших ликов лжи. Ты избираешь, обещать ли нечто или нет; поэтому если тебе не удалось исполнить обещание, то ты повинен в этом. Обещание есть великая драгоценность воли и один из ликов свободы; остерегайся же обещать опрометчиво: давай слово тогда лишь, когда знаешь доподлинно, что сумеешь сдержать его. Нет такого благого дела, свершение которого требовало бы лжи или преступления слова; даже величайшее благо есть благо лишь тогда, когда для вершения себя оно не вершит зла. Помни об этом и будь бдителен к себе. Не суди неправо; если же не знаешь, в чём справедливость, тогда лучше не суди вовсе, чем судить наобум. Для того, чтобы уметь судить право, познавай Истину: в этом — благо не твоё лишь, но и других. Не суди и не осуждай неправо даже в мыслях, — ибо непроизнесённая устами ложь всё равно есть ложь; сохрани свои мысли в чистоте: пусть не осквернят они существующего. Не предавайся зависти, — ибо если другой обладает чем-либо по праву, то этому надлежит радоваться, а если не по праву, то через зло всё равно не изживёшь зла и не обретёшь счастья. Не отнимай ни у кого его имения, если оно обретено благим путём; если же оно обретено путём неправым, то пусть правосудие сделает то, что надлежит сделать: ты же по мере возможности содействуй ему в этом. Не посягай на чужое имение через разбой, — даже если оно обретено неправым путём: помни, что разбой есть неправое насилие. Не воруй, — ибо это есть один из ликов разбоя. Не верши мошенничества, — ибо это есть в одно время и разбой, и ложь. Не верши иного дурного и несправедливого; но помни, что справедливое не всегда бывает явственным, и что оно не всегда есть то, что представляется тебе справедливым. Поэтому познавай существующее и внимай наставлениям своего Учителя: он укажет тебе, что справедливо, а что — нет, и откроет тебе необходимость твоих деяний. Отвергни то, что дурно, — ибо всё дурное несправедливо; и помни, что всё, что несправедливо по отношению к Природе, несправедливо и по отношению к человеку, а что несправедливо по отношению к человеку, то несправедливо и по отношению к Природе. Стремись же быть справедливым, чтобы быть благим: ты живёшь для того, чтобы быть таким. Много ликов у справедливости: научись распознавать их. Всякий порок есть порождение несправедливости; будь же справедлив к себе: изживай свои пороки. И другим помогай изживать их пороки: это справедливо и хорошо; но при этом не верши насилия. Тому, кто нуждается в помощи и в содействии в каком-либо благом деле, помоги по мере своих сил; тому, кто нуждается в чём-либо таком, что необходимо для блага, даруй это в меру необходимого и возможного. Верши это для всех; и верши это не только ради воздаяния за добро, свершённое ими, но верши это и для тех, кто прежде не вершил добра или даже вершил зло. Благо, даже вершимое злодеем, — всё равно благо; страдания человека порочного — такое же горе, как и страдания человека добродетельного. Страдания, претерпеваемые через порок, изживаются через изжитие порока, а не через попустительство ему. Помни вот что: не бывает так, чтобы некто задолжал другому благо; добро вершится не в долг и не в возвращение долга, но потому, что вершение добра — естественно. Таков закон Мироздания, вершащийся в каждой из его частиц; если бы было иначе, то Мироздание не могло бы существовать. Верши благо не в награду, но по долженствованию; это — естественно, ибо благо не различает достойных и не достойных его. Всякий достоин добра: это — справедливо. Не людей различает справедливость, но их дела; поэтому изживай зло как таковое, и радей о благе людей как таковых. Познавай, чтобы уметь различить доброе дело и дурное, и чтобы уметь зло заменить добром. Следуй закону справедливости, не преступая его никогда, — ибо в благе нет ничего драгоценнее справедливости, и нет ничего хуже её попрания. Верши справедливость — и в мир изольётся благо.

 

ЭНОН XVII

Из дел, посильных человеку, избери для себя дело доброе и полезное: пусть не содержится в нём вреда или злодеяния. Избрав же его, научайся ему, чтобы быть в нём искусным, и делай его усердно. Что бы ты ни делал, — делай это ради блага. Помни, что не человек делает благо благом, но оно таково само по себе: он же вершит его. И кроме того дела, которое ты избрал, пусть будет добрым всё, что ты делаешь. Жизнь даруется ради вершения блага, которое — для людей, мира и Мироздания. Пусть же из тебя в мир изливается добро. То, что ты делаешь, делай надлежащим образом. Ты живёшь среди людей; соблюдай же себя таким, каким тебе надлежит быть, и с людьми обходись надлежащим образом. Делай другим добро, и их научай тому же. С людьми будь учтив; но учтив будь учтивостью подлинной, а не иною, — даже если некто потребует, чтобы ты совершил нечто дурное, гнусное, постыдное или бессмысленное, им почитаемое за учтивость. Если необходимо, то ты можешь быть строг и жёсток; но не будь излишне груб, тем паче — глумлив, и пусть уста твои не извергнут никакого непотребства. Будь правдив, что бы ни было; и в деле, тобою избранном, и в любом ином — будь таков. Есть среди людей такие, которые не любят правды, и не желают даже стерпеть её в других; много таких там, куда через великую необходимость приходит Истина. Сколько бы ни причиняли они тебе зла, сколько бы насилия и вреда не чинили в мире, — не отступайся от правды: ничто не стоит того. Ты сильнее их; в их руках — лишь ничтожные по силе частицы зла, а в твоей руке — всесильное благо Мироздания. Не мсти им и не чини им никакого вреда из обиды, но старайся зло, подвигающее их на дурные деяния, обратить в благо. При этом защищайся от их насилия и злодеяний, — но так, чтобы не совершить подлости или иного зла; так же защищай и других. Всегда исполняй обещанное; держи данное тобою слово. При этом весьма остерегайся давать слово о том, чего не знаешь доподлинно, — ибо так ты подвигаешь себя на ложь. Обещай лишь то, что ты в силах исполнить, и лишь то, о чём доподлинно знаешь, что оно хорошо и полезно; соблюдай это, — ибо если, пообещав, после узнаешь, что обещал нечто дурное, то всё же должен будешь исполнить обещание. Это — великое горе, — ибо так ты совершишь зло и грех; будь же осторожен, чтобы не сделать сего. Поистине, лучше сделать добро, не обещав его, чем обещать, но не исполнить, или же из-за опрометчивого обещания совершить зло или непотребство. Соблюдай своё достоинство, которое есть отражение в тебе твоей же чистоты; не совершай ничего преступного или гнусного. Знай, что осквернить твоего достоинства не может никто, кроме тебя самого; никто не в силах унизить тебя, пока ты сам не унизишься через совершение какого-либо непотребного поступка. Всякое дурное деяние унижает тебя через попрание живущего в тебе блага; так ты оскверняешь источник добра в себе, и утрачиваешь силы, и сходишь с благих высот великого вершения. Унижение есть попрание той части сущности человека, которая сочетает в себе естественное стремление к благу, естественную свободу и естественную силу воли. Сокровища эти в тебе не подвластны никому, кроме тебя; только ты сам можешь отвергнуть и попрать их, и через это осквернить своё достоинство. Для того, чтобы изжить такое осквернение, нужно вершить благо и не допускать нового осквернения. Ты унизишься тогда, когда совершишь нечто дурное по своему желанию, или следуя чужому желанию или принуждению. Держись блага и зижди в нём своё осознание сути его и значимости, свою волю и терпение: так не осквернишься. Никто не сможет осквернить тебя ни через оскорбление, ни через насилие, и никак иначе; кто попытается сделать это, тот осквернит и унизит лишь себя. Всё, что будет сильнейший тебя делать с тобою для того, чтобы унизить тебя, он тем самым сделает с собою, и унизится сам; ты же, если не отвергнешь блага и не склонишься перед этим злом, останешься чист. Сил же у тебя на это хватит, — ибо в такой час вся мощь блага Мироздания будет с тобою: лишь прими её в себя. Выстояв в этой невзгоде, ты не только не утратишь чистоты и силы, но и обретёшь их больше. Помни же, что только ты сам можешь ввергнуть себя в унижение, которое есть подлинный позор. К тому, кто опозорил себя, отнесись без презрения и вражды, — но остерегись полагаться на него в важном и значимом деле, требующем смелости, силы воли и упорства. Помоги ему изжить то, что подвигло его на унижение; помоги ему словом и делом; старайся, — ибо так свершится великое благо. Тот, кто некогда вверг себя в позор, но затем изжил в себе его семя, вновь достоин того, чтобы положиться на него в важном и значимом деле; прежний же позор не в упрёк ему. Тот же, кто никогда не ведал позора, пусть от сего не возносит себя в гордыне и высокомерии, — ибо это есть семя позора. Если такой в гордыне своей утратит знание меры справедливости, то это — его позор. Обходись с людьми без гнева, — ибо он есть ослепитель разума, повергатель воли, семя и корень насилия. Из него не происходит блага, но лишь зло, горе, позор и стыд. Благо можно взрастить и защитить без гнева, и без гнева можно изжить зло. Даже тот, кто вершит насилие ради защиты, не должен вершить его с гневом, — ибо не из ненависти вершит он его, но из горестной необходимости. Будь же осторожен, и будь силён над собою, чтобы твоё справедливое возмущение не обратилось в гнев. Во всяком деле будь тщателен, усерден, честен, твёрд и не гневлив. Дело же для себя избирай так, чтобы не оказалось оно дурным; познай сущность дела, прежде чем избрать его для себя. Так избирай всё и всегда; будь осмотрителен в убеждениях своих, мнениях и поступках. Взращивай в себе благие склонности, дабы мог ты с радостью вершить добро. Таков будь всегда; с человеком ли, с иною ли тварью, будь она подобна ему разумом или не подобна, с народом ли, с державою ли, с миром ли людей или иным, — будь таков, как я сказал: таким тебе надлежит быть. Такова необходимость Природы, мира, миров и Блага: я возвещаю её тебе.

 

ЭНОН XVIII

Ни женщина, ни мужчина пусть не будут презираемы и притесняемы друг другом. Каждый из них хорош и драгоценен, и необходим другому. Природа породила женщину и мужчину ради существования и взрастания рода людей; и кто желает блага сему роду, тот да не назовёт одного из них лучшим, а другого — худшим. Различие меж ними положено ради порождения и взращивания потомства; из этого различия и проистекают многие различия в жизни их и деяниях. Они зачинают дитя вместе; после же женщина вынашивает его; при этом ей надлежит заботиться о своём плоде и радеть о нём больше, чем о себе. Пусть не делает она того, что вредоносно для него, — хотя бы желание её и было велико. Мужчина же пусть заботится о ней и радеет о ней больше, чем о себе; пусть он защищает её и в меру позволительного добывает то, что хорошо для неё и для плода. По рождении же ребёнка пусть оба знают, что нет у них ничего более драгоценного, чем он. Важнейшее из дел женщины — зачать, выносить, родить и вскормить ребёнка, после же и далее заботиться о нём; мужчина же зачинает его, а после заботится о женщине и о нём. В произведении потомства дело женщины больше: в этом и различие меж нею и мужчиной. В этом женщина драгоценнее; на множество женщин довольно было бы и одного мужчины, чтобы оплодотворить их, — женщина же в один срок может родить лишь единожды. Если бы был один мужчина и множество женщин, то род людей легко взрос бы от них; если бы была одна женщина и множество мужчин, то род людей легко пресёкся бы. Поэтому в произведении потомства женщина много драгоценнее мужчины; в разуме, свободе, достоинстве и прочем они равны, — но в том, из чего проистекает жизнь человека, женщина драгоценнее. Жизнь женщины много драгоценнее жизни мужчины; поэтому для них равно хорошо всякое дело — кроме того лишь, которое опасно для жизни. Женщине надлежит избегать таких дел, а мужчине надлежит уберегать женщину от них. Но пусть он помнит о свободе выбора всякого человека, и потому пусть уберегает женщину от этого не чиня над нею насилия; если же не сможет уберечь, то потому лишь, что она не позволила ему этого сделать. Если же женщина беременна и желает через некое дело подвергнуть опасности и себя, и плод, тогда мужчине надлежит воспрепятствовать ей в этом ради жизни плода. Пусть он сделает ради этого всё, что сможет, — но пусть не прибегает к подлости и обману; к насилию же может прибегнуть, — но к столь малому, чтобы оно не причинило женщине вреда и чтобы оно было для неё преодолимо без большого труда. Жизнь женщины много драгоценнее жизни мужчины: лишь на этом зиждится различие в деяниях, подобающих каждому из них, — и иных различий нет. Пусть соединяются женщина и мужчина, — ибо они подлинно нуждаются друг в друге; в каждом из них содержится необходимое другому, ибо сущность человека едина. Соединяясь, они даруют друг другу частицу того благого, что содержится в сущности каждого из них, так даруя друг другу большую полноту в существовании и вершении. Но свершается это только через любовь, — ибо только она есть то, что подлинно соединяет их. Только подлинная любовь дарует им истинное единство; соединение же без любви может быть приятно, — но оно есть голод должного и отрицание лучшего. Соединившись и став мужем и женою, пусть мужчина и женщина знают, что они совершили это ради лучшего, — чтобы слиться в большем совершенстве, и в нём породить потомство. Пусть они вершат благо совместно и совместно совершенствуются, тем совершенствуя весь мир. Пусть они почитают друг друга, заботятся друг о друге и не чинят друг над другом насилия, обмана и глумления; пусть каждый из них помнит, что благополучие другого для него драгоценнее благополучия собственного. Пусть они не причиняют друг другу никакого вреда, горя и неудобств, и пусть радеют о благе и радости друг друга. Да будет между ними любовь, — ибо она есть сущность их соединения и счастья. Любовь их необходима и их потомству, — ибо для человека естественно порождать жизнь для блага через любовь. Дело это столь велико и благо, что сама любовь есть наилучший его вершитель. Лучше всего, когда дитя рождается через любовь, — ибо тогда она есть первое благо в его жизни, питающее и благотворящее её. Соединение женщины и мужчины ложно без любви и малосмысленно без произведения потомства, — ибо на то они женщина и мужчина. Для всякого естественно произвести потомство, и произвести его через обоюдную любовь. Дитя есть величайшая драгоценность мужа и жены, — ведь ради него они есть таковые; они порождают новую жизнь, которая есть сосуд Духа, разума и всех благ Природы. Поэтому дитя для них драгоценнее их самих; в любви к нему для них естественно заботиться о нём больше, чем о себе и друг о друге. Жизнь всякого ребёнка много драгоценнее жизни взрослого, — ведь в ребёнке содержится грядущая жизнь рода людей; для родителей жизнь и благо их ребёнка много драгоценнее их жизней и благополучия. Пусть же они взращивают, воспитывают и оберегают своё дитя наилучшим образом, — потому что в этом ребёнке содержится жизнь и благо его самого, и их, и всего рода людей. Пусть дитя взрастает в любви, и пусть родители его скорее умрут, нежели причинят ему зло. Нет убийства ужаснее, чем убийство матерью ребёнка в своём чреве: так она убивает невинного человека, восстаёт на жизнь и любовь и отрицает самое себя, — ибо разве женщина она тогда? Если она знает, что умрёт, родив его, то пусть она примет это, — ибо если мать ценит свою жизнь выше жизни своего ребёнка, то она — не женщина, и живёт она напрасно. Если она родит и умрёт, то это стоит того, — ибо дитя имеет право жить; она же уже вкусила жизни и через порождение новой жизни совершила в ней великое в благе дело, а далее будет жить через своё дитя, в коем — её сущность. Если же мужчина желает смерти своего ребёнка, то он — не мужчина, и живёт он напрасно. Пусть мужчина и женщина никак не препятствуют зачатию и рождению ребёнка; и пусть они помнят, что совокупление предназначено только для произведения потомства, и ни для чего иного. Если муж и жена по причине недуга или по иной горестной причине не могут иметь детей, тогда хорошо им будет взять чужого ребёнка, лишённого родителей, и воспитать его. И пусть знают они, что это — их дитя, и пусть отнесутся к нему так; и хорошо, если смогут взять не одного ребёнка. И даже если они уже имеют детей, то могут сделать то же; и тогда пусть не знают различия меж детьми, ибо все они — их дети. И даже одна женщина или один мужчина может взять чужого ребёнка, если это возможно и если она или он может воспитать его. Пусть муж отнесётся к ребёнку или детям своей жены, родившимся или взятым на воспитание до него, как к своим детям, а жена пусть так же отнесётся к ребёнку или детям своего мужа. Так относись к детям; помни это, ибо это — надлежащее и наилучшее. К родичам своим отнесись так же, как и к прочим людям, ибо родство — не заслуга и не злодеяние. Пусть не будет никто несправедлив к другому потому лишь, что тот — его родич или не родич. Не по родству хорош человек, но по стремлениям своим и деяниям. К родителям своим относись с великою благодарностью и почтением, ибо им ты обязан жизнью. Почитай их и заботься о них: они достойны этого, если сами были и есть с тобою таковы, каким надлежит быть родителям со своим ребёнком. Если же они обходились и обходятся с тобою несправедливо и дурно, то в этом они преступны, и преступны более прочих обходящихся с тобою так; тогда ты имеешь право обойтись с ними так же, как и с прочими весьма дурными людьми: но при этом не мсти им. Помни, что справедливость не ведает родства; и не содействуй злодею, — будь он даже родич твой или родитель. Так поступай в родстве; и помни, что единство — больше, чем родство, а ты — един со всеми людьми. Таков и будь; научись этому.

 

ЭНОН XIX

К Природе, к людям и к себе относись так, как надлежит; помни, что мера единства содержит в себе множество мер. Природу люби и береги, — ибо она блага и прекрасна, и без неё ничто не имеет жизни. Радей о её благополучии, тем радея о благополучии Мироздания. Люби и береги людей, — ибо они есть частицы Природы и одна из величайших сил её благого вершения. Уважай их, заботься о них, взращивай в них благо. Всякому человеку возможно даровать Истину; не полагай же в этом и в вершении блага различия меж добрым и дурным, богатым и бедным, глупым и умным, здравым и недужным, и иными. Помни, что ум и доброта не есть достояние возраста, богатства или могущества; так же — глупость и злоба. Заботься о людях; паче же всего заботься о детях, которым отдай предпочтение перед прочими. Среди прочих же предпочтение в заботе отдай старцам и недужным, которые имеют право на добрую жизнь, но не в силах добыть её для себя; и помни, что о женщине следует позаботиться прежде, чем о мужчине. Научай Истине и добру тех, кто в них сведущ и искусен менее тебя, и сам учись у тех, кто в них сведущ и искусен более тебя. Себя соблюдай так, как должно; стремись к благу и верши себя им и в нём. Изживай в себе пороки; они неестественны, — а в тебе содержится естественная сила, которая способна повергнуть и изгнать любой порок. Ты способен изжить в себе любой порок: для этого необходимы знание, желание и воля. Не будь же чрезмерно горделив, — потому что ты един с прочими, и твои добродетели есть их добродетели, а их пороки есть твои пороки. Не будь гневлив, лжив и подл, — потому что никто и ничто не заслуживает зла. Не будь труслив, — потому что вся благая сила Мироздания — с тобою, и никто и ничто, кроме тебя самого, не в силах повергнуть тебя. Не будь опрометчив, — потому что на то ты и человек, чтобы познавать Истину и вершить должное. Не будь ленив, — потому что вершение добра есть великое благо, наслаждение и счастье: лишь научись ощущать это. Не будь чрезмерно скареден или чрезмерно расточителен, — потому что дурно, когда нечто полезное не вершит своего дела или истощается напрасно. Не будь завистлив, — потому что ты сам есть весь мир, и нет ничего в Мироздании, что не было бы твоим: лишь научись знать это. Не будь подвержен чрезмерному чревоугодию, — потому что преступление меры даже в благе есть зло; вкушай то, что полезно твоей сущности, и вкушай столько, сколько необходимо в доброй мере. Не будь подвержен похоти, — потому что совокупление предназначено только для произведения потомства: в этом — и польза, и наслаждение, и радость; всё же прочее есть непотребство и пир порока. Не будь равнодушен к вершащемуся, — потому что так ты утратишь суть своего бытия. Также и прочее дурное изживи из себя; это будет великим благом, — ибо так всё Мироздание станет лучше и совершеннее. Достигай этого через познание, желание, волю и усердие; при этом не стремись совершить то, что пока ещё непосильно для тебя, — но посильного не отвергай. Соблюдай в должном свой ум: пусть он познаёт, и пусть пролагает пути благому вершению. Соблюдай в должном своё тело: пусть оно будет таким, каким должно быть, и пусть вершит посильное ему благо. Заботься о своём теле; но не мни, что его благополучие для тебя превыше благополучия Духа. Даруй ему необходимое и употребляй его свойства наилучшим образом. Храни его здравие, а недуги изживай; питай его в меру пользы. Упражняй его в меру, и труди его столько, сколько нужно. Содержи его в чистоте, сколь возможно, и облекай в добрые и удобные одежды; и знай, что нагота естественна и не предосудительна, если обнажающийся не обращает её в пищу для похоти. Не истязай тела своего в горе или раскаянии, и не убивай его, — ибо это есть великое зло; но страдания или смерть во имя блага есть дело достойное. Научай своё тело терпению и выносливости; в этом его свойства велики, и надлежит уметь употреблять их должным образом. Не украшай тела излишне; умей видеть красоту в нём самом, ибо всё естественное — прекрасно. Не украшай его тем, что вредоносно для него: не сжимай его чрезмерно, не пронзай, не жги, не окрашивай ради стремления к красоте, не прикрепляй к нему ничего через сжатие, пронзание или иное подобное, и не делай ради красоты прочего непотребного. Познавай, что подлинно хорошо для тела, а что — плохо, и научайся соблюдать должное для него. Телу приятно то, что естественно; не ведают же этого те, кто обратил тело своё в раба заблуждений и пороков. Стремись, чтобы тело твоё слилось с рассудком в благой гармонии ощущения, познания, стремления и вершения: так то и другое станет совершеннее и сильнее. Тело твоё есть частица всякой частицы Мироздания: помни это; и помни, что касаясь чего-либо из существующего ты касаешься себя, а касаясь себя ты касаешься всего Мироздания, — ибо ты един с ним.

 

ЭНОН XX

Благо то, что естественно, а естественное — прекрасно. Помни же, что благо и прекрасное порождают друг друга. Всё может стать благим и прекрасным; человек же способен совершить благо и создать прекрасное. Всякое благое вершение прекрасно, а всё прекрасное содержит в себе и источает благо; вершение и творение нераздельны, — ибо благое вершение есть творение прекрасного, а творение прекрасного вершится через благое вершение. Ты можешь вершить благо и создавать прекрасное: делай же это. Через это изживается всё дурное, взрастает гармония в мире и мирах и совершенствуется Мироздание. Вершитель блага порождает прекрасное, порождающее новое благо, которое прекрасно, и далее — так же: цепь вершения непрерывна и бесконечна. Поистине, кто свершил благо однажды, тот этим вершит его бесконечно в беспредельности существующего. Так взрастает прекрасное, и так зиждится Бытие. Создавай же прекрасное через вершение блага, — ибо это подобает и надлежит человеку. Природа породила тебя ради этого, и она наделила тебя тем, что для этого вершения необходимо. Естественное вершение есть то, что дарует истинное наслаждение, — и это есть наслаждение прекрасным. Так, наслаждается тот, кто вершит благо, и тот, кто его приемлет; так прекрасное взрастает в них и в мире. Мир вкушает прекрасное, приемля его от вершащего и через вершащего, а вершащий приемлет прекрасное от мира и через мир. Создавай же прекрасное, тем совершенствуя себя и мир. Всякое правильное деяние — прекрасно, и оно есть плод и семя прекрасного. Если ты породишь дитя, то этим создашь прекрасное, ибо это — великое благо. Если ты возведёшь доброе и полезное строение, или же изготовишь что-либо такое же, то этим ты создашь прекрасное. Если ты посадишь и взрастишь древо там, где ему хорошо быть, то этим ты создашь прекрасное. Если ты поможешь кому-либо в благом деле, защитишь кого-либо или что-либо от зла, очистишь осквернённое или излечишь недуг, то этим ты создашь прекрасное. Если ты просветишь разум, то этим ты создашь прекрасное. Если ты произнесёшь подлинно доброе и полезное слово, то этим ты создашь прекрасное. Если ты создашь прекрасное, написав, нарисовав, изваяв, или как-либо иначе, то этим ты совершишь благо. Если ты создашь или исполнишь прекрасную мелодию, песню, танец, или иное подобное, то этим ты совершишь благо. Если ты сделаешь что-либо лучшим, чем было оно прежде, то этим ты совершишь благо и создашь прекрасное. И много иного благого можешь ты совершить, и много можешь создать прекрасного. Познавай же, чтобы знать, что свершить, как свершить, и какова мера необходимого. Зло препятствует порождению прекрасного; и преступление меры должного через чрезмерность или недостаточность есть зло, которое пожирает ещё не родившееся прекрасное. Чтобы уметь создать прекрасное, нужно знать меру необходимого; поэтому без познания мира человек не научается вершению блага и созданию прекрасного. Так, познание есть семя и корень вершения блага, и потому познание — прекрасно. Познавая, ты будешь вершить благо через деяния, взросшие из познания, и так будешь создавать прекрасное. Помни же о тождестве благого и прекрасного, о необходимости должного, о долженствовании человека, о нераздельности познания и вершения и о значимости мер. Верши надлежащее, тем верша себя и мир.

 

ЭНОН XXI

Не поклоняйся ничему, — ибо нет в Мироздании ничего, что нуждалось бы в поклонении. Боги есть частицы Природы, и каждый из них вершит своё дело должным образом, и вершит его потому, что это — естественно. Это — истинные боги, и они не нуждаются в восхвалениях, жертвах и ином подобном. Не приноси же жертв, ибо это — дело либо бессмысленное, либо дурное; вместо восхвалений же лучше говори о богах правду. Всякий из богов вершит своё дело согласно законам Мироздания: поэтому если желание твоё согласно со сказанными законами, то и вершение богов тоже согласно с твоим желанием; если же оно противно этим законам, то и вершение богов противно ему. Ты не можешь изменить вершения богов ни через моления, ни через жертвы, ни через насилие, и никак иначе, — ибо ты не можешь изменить законов Мироздания, а боги не могут вершить не в согласии с этими законами. Не проси же богов ни о чём, — потому что нет смысла в молениях о том, что вершится и без молений, равно как и о том, что не свершится всё равно. Вместо молений просто помни о богах и о их вершении, и люби их, как надлежит любить всё существующее; необходимое же содействие в благом вершении они даруют тебе и без молений: умей лишь принять его. Есть среди богов и бог, противящийся благу; но помни, что и он порождён ради блага. Он не вершит зла как такового, но лишь являет тебе его облик, чтобы ты мог преодолеть искушение злом и избрать своим путём благо, и так стать совершеннее. Зло вершится не сказанным богом, но теми, кто последовал зову его искусов, не пожелав отвергнуть их через знание, стремление и волю. Он же желает, чтобы искусы его были отвергнуты, — ибо он желает блага: таково его дело. Помни об этом и отвергай его искусы, а его люби, как и прочих богов, — ибо он равен им в благе. Не с ним как таковым ты борешься, но со злом, порождаемым теми, кто принял его искусы; изживай же это зло подобающим образом, — так, чтобы при этом не совершить другого зла. Познавай истину о богах и взращивай её семя в мире; пусть ненужное поклонение сменится необходимым знанием. Бывает так, что люди в заблуждении или во лжи измышляют нечто ложное об истинных богах или о чём-либо ином, и так порождают иллюзию, коей потом вершат поклонение. Так рождаются ложные боги, свойства которых проистекает из свойств и стремлений породивших их людей. Боги эти питаются силой тех, кто вершит поклонение им, и через эту же силу обращают их в служителей ими же порождённой иллюзии. И если породившие её желали зла, то и поклоняющихся ей она станет подвигать на зло, и так сила её взрастёт. Но всякий способен через знание, стремление и волю изжить в себе власть ложного бога, — ибо истинное сильнее ложного, а правое сильнее неправого. Всякий ложный бог плох, — ибо заблуждение есть ложь и беда, потому что оно препятствует познанию и подлинно благому вершению. Просвещай же других, открывая им Истину, чтобы знали они сущность ложных богов. Отвергнувший ложного бога больше не питает его своею силой; так власть этого бога над ним и над служителями этой иллюзии ослабевает, и Истина становится для них более явственной. Если у ложного бога нет более служителей, то нет более и пищи; тогда вредоносная эта иллюзия с течением времени истощается в своей силе и преходит. Не питай к служителям ложных богов вражды или презрения, ибо это — их путь, избранный ими через их волю. Уважай их и их путь, даже если он неверен, — ибо свобода человека достойна уважения, а заблуждения — преходящи. Просвещай их, дабы увлечь с неверного пути на верный; но просвещай не через насилие или обман, — ибо через зло невозможно привести на добрый путь. Настанет время, когда у людей не останется ложных богов, а новые не будут порождаться, — ибо нет ничего, что было бы сильнее Истины и блага: так будет. Не поклоняйся ни человеку, ни чему-либо иному, — как облечённому плотью, так и пребывающему за пределами плоти. Нет смысла в этом поклонении, ибо нет в нём пользы для существующего: вред же велик. Уважай всякого и всё, — но поклонения не верши никому и ничему. Если ты почитаешь кого-либо за знающего и вершащего благо, то назови его своим Учителем; почитай его, как должно, и повинуйся ему, как надлежит. Поклонения же ему не верши, ибо оно ему не нужно; тебе же оно не только не нужно, но и вредоносно, ибо оно затмевает рассудок и скрывает различие меж вершением добрым и полезным и вершением непотребным и вредоносным. Поклонение же дурному человеку хуже и вредоноснее во много крат, ибо оно взращивает прямое зло. Не поклоняйся и умершему, ибо для тебя это плохо, а для него — великое горе. Поклоняющиеся умершему мнят ненужное необходимым и полезным, так ввергая себя в заблуждение; через это заблуждение они и об этом умершем мнят то, чего нет, тем усугубляя своё заблуждение. Так они порождают иллюзию и питают её своею волей и силой, тем стремясь обратить умершего в ложного бога. Так они налагают на умершего оковы иллюзии, уязвляя и отвергая подлинную его сущность. От этого он страдает, и муки его велики, — ибо поклоняющиеся ему пытаются вырвать его из него самого; ужасны эти истязания, и велико злодеяние этих поклоняющихся, — ибо они и его терзают, и восстают на Истину. При этом он окутан их иллюзией и скован ею, и потому не в силах вершить во втором мире то, что ему надлежит вершить. Так поклоняющиеся полагают ему великую препону в его вершении и совершенствовании, тем полагая подобную же препону самому Мирозданию. Это — великое зло; преступление их велико, и велико их горе. Не верши же подобного поклонения сам, и других уберегай от него, сколь можешь. Не верши никакого поклонения, но верши только то, что вершить надлежит: так через наилучшее свершишь наилучшее и достигнешь наилучшего.

 

ЭНОН XXII

Не страшись смерти, — ибо смерть тела не есть смерть человека. Сущность сущности твоей — в Духе; он же ради должного вершения облекается в субстанцию второго мира, а затем — в субстанцию третьего мира. Дух не утрачивает обретённых свойств и не сменяется иною частицей Духа; так же и субстанция второго мира, которая есть энергия. Тело же плоти материи — преходяще, ибо такова сущность его естественных свойств и его необходимость. Осознающий обретает плоть и становится частицей мира материи; это вершится для того, чтобы он мог надлежащим образом пройти путь познания. Надлежит познать третий мир, а через него, сколь возможно, — прочие миры: для этого и даруется тело. Осознающий познаёт через тело материи, а в нём — через сущности второго и первого миров: это — должное познание. Так продолжается до тех пор, пока тело не исчерпает силу к жизни; тогда оно разрушается, и осознающий возвращается во второй мир. По истечении некоего срока он вновь обретает плоть материи, а после вновь утрачивает её; так продолжается, пока через познание и вершение он не достигнет должной степени совершенства Духа. Тогда он обитает во втором мире, — пока не достигнет ещё большей степени совершенства Духа; достигнув же её, он оставляет субстанцию второго мира и входит в первый мир. Путь каждого осознающего — таков; таков же и твой путь. Ты живёшь, и тела твои сменяются; ты переходишь из одного тела в другое. Быть может, ты владел уже не одним телом, и будешь владеть ещё не одним. Ты умирал не раз — и ты жив; ты умрёшь ещё не раз — и ты останешься жив и будешь жить. Умерев, ты будешь в продолжение некоего времени обитать во втором мире, где вкусишь плоды, которые взрастил своею жизнью: ты вкусишь и горестные её плоды, и радостные. Затем ты вновь родишься в третьем мире, и родишься человеком, ибо плоть иной твари не будет естественной для сущности человека, пока он не пройдёт пути человека до конца. Ты будешь жить, вкушая радости и горести и взращивая их плоды; и жить будешь для того, чтобы познать существующее и вершащееся, предпочесть злу благо и научиться вершить его. Затем ты вновь умрёшь; так будет до тех пор, пока ты не преодолеешь ступень познания, посильного человеку. Тогда ты сможешь, если будет нужно, родиться в ином малом мире иной осознающей тварью, которой в познании посильно больше, нежели чем человеку. Так будет и далее, — пока ты не обретёшь всех знаний, которые должен обрести через третий мир; тогда больше не возвратишься в него. Когда обретёшь довольно через второй мир, тогда оставишь и его; тогда твой путь будет окончен. И тогда ты войдёшь в первый мир и сольёшься в великом единстве с его сущностью и с подобными тебе, которые вошли в него прежде тебя. Ты войдёшь в него тогда, когда достигнешь высочайшей из возможных степеней совершенства; тогда будешь вершить величайшее благо во всём, что существует в Мироздании, и вершить его будешь сущностью первого мира. Таков твой путь: знай его; и знай, что цели его ты достигнешь, — ибо такова благая неизбежность. Срок достижения различен для каждого идущего, — ибо кто познаёт усерднее и вершит благо искуснее, тот достигает цели быстрее; цель же пути одна у всех. Пойми же, что смерть есть часть жизни, и не страшись её. Жизнь дарована тебе ради вершения блага; ты волен и способен вершить благо всякою частицей своей жизни, — даже и смертью. Умереть ради блага, если это необходимо, — достойное и благое деяние. Кто не способен употребить во благо свою смерть, тот едва ли способен употребить во благо свою жизнь, сохранённую ценою попустительства злу. Храни свою жизнь, береги её, — ибо она драгоценна; но благо бывает столь великим, что утратить ради него жизнь — великое счастье. Не страшись же смерти, ибо умерев ты не умрёшь; но не призывай её без великой необходимости, — ибо благо жизни следует исчерпать, сколь возможно. Не лишай себя жизни ни от страха, ни от горя, ни от тягот, — ибо среди этого нет того, что было бы равноценно жизни или не было бы ею преодолимо. Но помни, что утратить жизнь в борьбе за благо или ценою своей жизни спасти жизнь чужую есть дело достойное, и это не есть лишение себя жизни. Умей же ценить свою жизнь и свою смерть, как должно, и умей употребить их так, как надлежит. Жизнь твоя не ведает для себя определённого срока; срок её проистекает из силы жизни тела. Так, кто не умер от иного, тот умрёт от дряхлости; он может прибавить своему телу силу, и так отдалить смерть, — но избежать её он не сможет, ибо она естественна и необходима. Не мни же, что жизнь имеет определённый срок, которого можно достичь или не достичь; поистине, предел жизни полагается не в определённый срок, а тогда, когда свершается смерть. Не страшись и самого мига смерти: каков бы он ни был, он так же естествен, как дыхание. Во второй мир ты войдёшь таким, каким был в третьем мире; ты обретёшь во втором мире себя вместе со всем тем, что содержал в себе перед смертью. Пусть во второй мир придёт с тобою твоё благое стремление: оно есть в одно время и твой путь, и его преодоление. Путь твой пролегает через многие жизни, — ибо сам ты простираешься за пределы жизней и за пределы миров. Умей пройти через жизни и миры одним путём: зрячему и бессмертному это по силам. Видя приближающуюся смерть не оплакивай себя, но будь спокоен и твёрд в своём благом вершении. Помни, что бессмертный неуязвим, и смена одежд не есть гибель. Иди по пути жизни, памятуя о том, что смерть есть лишь один из шагов по нему; но всякий шаг плох, если он сделан напрасно. Жизнь драгоценна, — ибо через неё вершится великое благо: она достойна того, чтобы её беречь; смерть же драгоценна тогда, когда жизнь и благо не могут вершиться далее иначе, как через неё. Кто узнал истинную меру блага, тот узнаёт подлинную ценность жизни. Стремись же знать её, чтобы не пренебречь жизнью и не устрашиться смерти. Когда умер другой, ты будешь прав, если станешь скорбеть о благе, которого он не успел свершить в своей жизни, и о своей разлуке с ним, и о горе других; о нём же самом не скорби, ибо он не пал в бездну небытия. Он жив; знай, что он лишь претерпел перемену в своей жизни. Пожелай ему доброго пути и блага; пожелай ему этого всею своею сущностью. Помни о нём, как можешь, — но не взывай к нему; заботься о том, чтобы о нём не было произнесено лжи, и чтобы не был он отягощён чужою волею и ложью, которые есть помехи ему в его пути. Умерший жив: такова сущность смерти. Пусть жизнь вершит своё дело, верша его и через смерть; ты же через него верши дело блага, так верша себя и мир.

 

ЭНОН XXIII

Прими надлежащее, — ибо оно есть лучшее для человека и мира. Ты волен не принять его: но этим ты не изменишь Истины. Ты избираешь путь для себя, и избираешь его сам; но путь себе ты пролагаешь в существующем, которое таково, каково оно есть. По приятному и лёгкому пути можно придти в обитель горестей, а по пути страданий и тягот можно придти в обитель счастья; можно идти неверным путём, — но нельзя своим произволом обратить его в верный. Избирая путь для себя, ты избираешь его для Мироздания: помни же о цене своего выбора. Не твоё лишь благо зависит от твоего выбора, но и благо всеобщее: помни же, сколь велико то дело, которое ты вершишь тогда, когда вершишь свой выбор. Ты избираешь судьбу Мироздания: отнесись же к этому делу так, как подобает. Пусть гордыня, страх, порочное упрямство или иное подобное не ослепят тебя, не осквернят и не пожрут в тебе великого благого дела. Ты — частица рода людей, частица своего мира и частица Мироздания; ты — частица Вечного Народа и частица того, что беспредельно. Ты — струя в великом потоке; ты несёшь в себе всё существующее, — и несёшь его к совершенству. Каждый твой шаг к благу есть шаг к совершенству рода людей; и всякий из людей таков же. Струи сливаются в великий поток, текущий ввысь; из многих вершений слагается одно. Мироздание зиждится на тебе и на тех, кто подобен тебе разумом, — ибо вершение у вас одно. Струи сливаются в потоки, которые сами — лишь струи в великом потоке, направляемом великими законами. Поток этот питает собою Бытие, для коего каждая капля его — животворяща. Таков для Бытия и ты: помни это. Ты — сеятель блага, которое принимаешь в себя и взращиваешь в себе; каждое семя его даёт плод, рассыпающий в мире новые семена блага. Так всякое добро, исшедшее из тебя, порождает в мире много большее добро, а оно — ещё большее; и далее — так же. Добро же порождает совершенство; так через вершение добра ты вершишь совершенствование Мироздания. И за пределы его простирается вершимое тобою благо; помни же, какое великое совершенство ты порождаешь, верша благо. Так должно быть, и так есть: я знаю это. Потому и говорю я к тебе; поистине, хочу, чтобы ты знал благо и умел и мог вершить его. Говорю лишь правду, — ибо из лжи не произрастает необходимое. Являю тебе надлежащее, кое вершу сам: так должно быть. Являю тебе путь, по коему иду сам, и говорю тебе: нет пути лучше. Труден он, но благ, и потому радостен; поистине, благо есть то, что порождает радость. Я говорю правду, и путь этот верен, и он — для всех. Многое я сказал о нём, — и сказал ради того, чтобы не знающие его узнали его, а знающие обрели силы идти по нему. В сказанном мною содержится и не сказанное; пусть же внимающий мне черпает незримое из глубин зримого. В меньшем содержится большее; пусть же внимающий мне вкусит его через дары знающих и через свой труд. Я сказал то, что мне надлежало сказать ныне, и сказал так, как надлежало; пусть же из этого взрастёт необходимое благое. Это необходимо, — и пусть это вершится: да будет так.