otkrovenie_hermesa.jpg

МИТЭВМА АТАРХАТА

МАРТИРИА

 

Истина одна; лик её слагается из слитых в единстве ликов всего существующего и вершащегося. Каждый из этих ликов есть лик Истины; так, она многолика, но единообразна. Правда есть правда: это так, и это — Истина; ложь есть ложь: это так, и это — Истина. Истина о лжи и заблуждении состоит в том, что то и другое искажает для ума Истину. Они истинны лишь в этом; так, достоверно и истинно то, что существуют ложь и заблуждение, искажающие Истину, и что они таковы, каковы они есть. Истина есть облик действительности. Действительность имеет лишь один облик, соответствующий её сущности, в коей истинное — истинно, а ложное — ложно. Познавая Истину, возможно познать её лишь такою, — ибо иной Истины нет. Познавший Истину скажет: «Вот — достоверное, а вот — ложное, о коем Истина говорит, что оно тщится несуществующее представить существующим». Есть осознающие: это те, кем обретена способность осознавать, познавая действительность. Они имеют способность осознавать, и потому личный прогресс каждого из них может свершаться только через познание Истины. Осознающие таковы, что из знания в них может произойти и дурное, и худшее, а из осознанного знания — только благое и лучшее. Через осознание осознающие обретают то благое, коего прежде не имели, а то благое, кое уже имели, — преумножают. Так, несведущий становится не только сведущим, но и мудрым; не умевший любить обретает величайшую любовь; исполненный злобы познаёт наслаждение вершением добра; и во всём прочем — так же. Если бы было иначе, то не было бы осознающих, — ибо Природа не вершит напрасно. В эволюции существующего способность осознавать есть великое умение. Природа совершенствует свои частицы, совершенствуясь через них и сама; в сём способность осознавать есть ступень, ведущая выше. Всякая восходящая в совершенствовании частица существующего увлекает за собою прочие его частицы, облегчая им восхождение. Так вершится, ибо единое — едино. Всякий осознающий, совершенствуясь, совершенствует вместе с собою и всю Вселенную, — столь велика сила осознающего разума, когда он благ. Но осознание невозможно без познания: поэтому познание есть первейшее из того, что хорошо для осознающего. Люди есть один из родов осознающих, и потому сущность их всегда жаждет знать. Так и должно, — ибо вершащееся таково, что всё существующее стремится свершить себя. Познание есть то, что необходимо человеку для его бытия, — ибо бытие вершит себя ради смысла. Люди познавали всегда; но кто способен познавать, тот способен и заблуждаться. Разум, будучи предназначен для познания Истины, способен измыслить ложь и возомнить её Истиной; таково его свойство, — ибо без противного должному нет и должного. Потому же и знание, не осознанное должным образом, может быть употреблено для дурного вершения. Но хотя познающий и может заблуждаться, истинное знание однажды возобладает над заблуждением, а благое стремление — над дурным. Так вершится потому, что Природа стремится не погубить себя, но сделать совершеннее. И благо в ней столь сильно, что даже само зло на деле есть всего лишь одно из его должных проявлений. Зло есть то противное, которое необходимо благу для того, чтобы взрасти и обратиться в большее благо. Зло существует для того, чтобы благо могло в борьбе с ним изощриться во всех своих проявлениях и обрести большую силу. Так, зло существует для того, чтобы быть поверженным благом. Поэтому заблуждения, коим бывают привержены осознающие, в должный час сменяются знанием Истины, а дурные стремления сменяются благими. Люди всегда стремились познать Истину, — ибо без знания её не взрастает благое вершение, вершащее прогресс существующего. Но разум, ошибаясь, порождал заблуждения, кои были более явственны для человеческого ума, нежели Истина, — ибо Истина одна, а заблуждений может быть столько же, сколько людей, и столько же, сколько мигов в жизни каждого из людей. Порождались заблуждения, меж которыми взрастало и знание Истины; и благие стремления, сила коих есть сила самой Природы в её естественности, боролись с дурными стремлениями. Бывало так, что дурное обретало великую силу, а заблуждения становились столь могущественными, что ищущие Истину не могли её отыскать, — ибо над их умами довлели иллюзии. Тогда Бог Мудрости избирал одного из людей, и открывал ему частицу Истины; и она передавалась меж людьми от ума к уму и от чувства к чувству. И люди внимали тому, в чём содержалось истинное знание, которое боролось с заблуждениями, ослабляя их иго. И путь к Истине становился зрим явственнее; и многие шли к нему, а затем — по нему. Так было не единожды; и человечество было подобно недужному человеку, который способен излечить себя сам, и коего научает сему знающий целитель, облегчающий его муки для того, чтобы он не утратил рассудка от боли и не убил себя, и чтобы мог научаться далее, дабы однажды излечить себя. Так человечество научалось преодолевать заблуждения и изживать в себе дурное. Таким был его путь к познанию, и так вершилось его совершенствование. Много было дурного, и много было благого; и благое устремлялось к своей победе. Но настало время, когда дурное стремление в совокупности с заблуждениями, взросшими на малых крупицах истинного знания, обрело силу, способную погубить мир людей. И чтобы не прервалось бытие человечества и не пресёкся путь его к большему совершенству, столь необходимому Природе, Бог Мудрости вновь избрал одного из людей и сообщил ему истинные знания в форме, доступной для человеческого ума. И он велел распространить эти знания среди людей открыто, чтобы всякий мог узнать о существующем и должном. Никогда прежде среди людей не вершилось подобного; но когда дурное взросло весьма и стало столь пагубным, тогда и излияние блага стало весьма великим, чтобы быть сильнее дурного. Так было явлено истинное учение; и было оно явлено самой Природою, радеющей о благе человечества, кое есть её частица. Человек содержит в себе то, чему ведома Истина, — ибо он есть частица Природы, с коей он един и коя содержит в себе всё существующее. Поэтому Истина, содержащаяся в нём, но им не зримая, соприкасается с Истиной, которую он всегда искал и стремился познать, и которая содержится в сём учении; и он познаёт Истину, и утверждается в её осознании. Не в один час и не в один год свершается это в людях; мир увидит ещё немало дурного, и увидит новые заблуждения. Но, раз возникнув в своей полноте и будучи провозглашено, истинное учение уже не исчезнет, и истинный путь совершенствования всегда будет явственно зрим для человечества. Придёт время, когда опасности, исходящие от людей, будут изжиты ими же, и более уже не возникнут. И придёт время, когда среди людей не останется иных учений, кроме истинного учения, — ибо заблуждения будут отвергнуты умами, идущими по пути истинного познания. Тогда человечество достигнет того, что поистине хорошо для него, и в достижении и вершении чего утвердится и свершится дальнейший смысл его бытия. Так будет, ибо такова Природа и такова часть её, именуемая «человечеством».