germes.jpg

К ЧЁРНОМУ ЛОТОСУ

Атархат — Чёрному Лотосу

 

     Приветствую и желаю блага.

     1. Ты желаешь знать о силе, — что она такое и как её обрести. Найдутся люди, которые станут дивиться и тому, что ты спрашиваешь о подобном, и тому, что я отвечаю тебе. Это и вправду удивительно для тех, кто смотрит на существующее не так, как смотреть правильно и должно, но так, как принято среди большинства. Весьма часто обычай в видении заменяет человеку само видение. И такому нелегко будет понять, зачем тебе, женщине, понадобилось знать о силе, — ведь женщине по обычаю надлежит быть слабее мужчины. О таком я скажу, что он — несчастный слепец, не ведающий сущности человека и мнящий, будто форма определяет его сущность. Человек же есть человек, каков бы он ни был. И сила потребна человеку, а не мужчине и не женщине. Тебе она необходима столь же, сколь и мне. Цель у всех людей одна, и подлинную силу они черпают из одних источников; если и есть меж ними разделение, то не на тех, кому надлежит обладать силой и тех, кому не надлежит, а на тех, кому ведомо подлинное её предназначение и тех, кому оно не ведомо. И если некто скажет о другом: «Этому сила ни к чему», — не верь. Но помни, что кроме силы человеку нужно ещё и знание того, что она такое и для чего необходима.
     2. И вот что такое сила: это сама Природа. Своею мощью, воплощённой в законах, по коим живёт всё живущее, она вершит себя, — ибо это живущее и есть она, и в раздельности своей, и в единстве. Всевершащая эта мощь, на коей зиждится само Бытие, и есть подлинная сила. Жизнь и Благо не могли бы существовать без неё. Более того: они сами и есть она. Четыре Великих Начала есть её проявления, в то время как она есть их проявление. И она простирается за пределы сего Мироздания; поистине, неведомо, как и помыслить о том, с чем невиданным и незнаемым связует она нас через Дух. Так вот о чём я говорю тебе: сила — это сама Природа. И нужна она Природе затем, чтобы вершить себя собою. Из этого ты видишь, что подлинная сила есть только та сила, которая не стремится ко злу и разрушению, — ибо Природа не восстаёт на себя. Многие из имеющих власть и могущих распорядиться жизнями других людей мнят, что обладают силой. Но они — слепцы и безумцы. На деле они не имеют ничего, потому что сила их иллюзорна. И повергает она тех, кто ищет опоры в столь же иллюзорной силе. Так иллюзия пожирает иллюзию, — и от этого гибнут люди. Вот подлинное горе. А тот, кто обладает подлинной силой, мог бы устоять один против всех мнимых владетелей силы, — ибо что могут они поделать с Мирозданием? А ничто, сколько его ни приумножай, так и останется ничем. Поэтому прошу тебя вот о чём: остерегись стремления стяжать ложную силу, ибо сама же станешь первой, кого она пожрёт. Это так, — ведь плата за неё велика: отдашь и совесть, и любовь, и благо; взамен же получишь голодную иллюзию, которой мало будет всех твоих сил, и она пожелает ещё и твоей души, — но и тогда не насытится. Берегись же сего, не погуби себя.
     3. Относительно того, для чего нужна сила, скажу: подлинная сила нужна для подлинного дела. А лучшее и величайшее из дел есть вершение Природою себя. Ведь и человек есть частица Природы; поэтому лучшее для него — вершить её, делать совершеннее в самом себе, через себя и собою. Иной захочет силы для себя, чтобы радоваться тому, что силён. Такому подлинная сила не дастся, ибо она не питает собою бессмыслиц, гордыню же — тем паче. Не обрести её и тому, кому она нужна для вершения зла, — потому что благо злу не служит. И тот её не стяжает, кто хотя и желает вершить благо, но не знает, каково оно на самом деле и как надлежит его вершить. Этот потому не сумеет стяжать её, что она едина с Истиной, а Истина не может течь по руслу заблуждения. Тот, кто исторгнул из себя гордыню, кто знает подлинное благо и стремится не только вершить его, но и стать им, кто готов трудиться ради этого и готов не пощадить в сём деле себя, — только такой сможет обрести подлинную силу. Так вот что помни: сила надобна человеку для того, чтобы через неё сделать Мироздание совершеннее. Верно поступит тот, кто будет желать не столько силы, сколько этого. Если он будет таков, как я сказал, сила придёт к нему сама, ибо она притягивается к своей цели. Стань смыслом того, для чего существует сила, — и обретёшь её.
     4. Источник подлинной силы — всё существующее. Оно едино, — и потому малейшая пылинка содержит в себе силу всего Мироздания. И чтобы обрести силу, нужно знать это. Иные напрасно тщатся обрести силу через мудрёные практики, или через накопление неких энергий, или через убеждение себя в том, что они обладают силой, или через насилие над людьми и иными тварями, вершимое через колдовство, или другими ложными путями. Всё это даёт лишь иллюзию силы, — отнимает же весьма много. На деле же силу нельзя получить иначе, как от Природы. Почерпнуть её можно откуда угодно, — из любой её частицы. Но первейший источник её для каждого — он сам. И в тебе сила уже есть, и была всегда; ты должна лишь открыть её в себе, дать ей возможность вершиться. Ты — такая же частица Природы, как и всё прочее, имеющее жизнь. Поэтому для стяжания подлинной силы тебе необходимо стать такою, чтобы Природа могла беспрепятственно вершить себя в тебе и тобою. Это значит, что тебе нужно научиться жить по естественным законам, и быть такою, каким надлежит быть подлинному человеку. К великому горю, большая часть людей живёт неподобающе. По сущности своей они — люди, но по жизни своей — неведомо что, ибо даже бездумные твари часто бывают лучше иного человека. Ты видишь сама, что это так. А чтобы владеть подлинной силой, человек должен быть подлинным человеком, — и по сущности, и по жизни, по мыслям, по чувствам, по стремлениям и деяниям. Не такому подлинная сила не дастся. Хотя она — в нём самом, он не сможет распорядиться ею. Это так, — ведь истинное не повинуется ложному, которое, к тому же, ещё и бессильно. Итак, для того, чтобы обрести подлинную силу, которая тебе поистине необходима, ты должна стать подлинным человеком, достойным сего названия. Тебе надлежит исторгнуть из себя всё то, что противно Природе, — а противоестественным является то, что подменяет собою в человеке подлинное знание, стремление к должным целям и достойные деяния. Говоря иначе, ты должна изменить себя: избавиться от ложного и обрести истинное и достойное тебя. Весьма нелегко это, — но возможно, и для человека естественно. И иного пути к обретению подлинной силы нет.
     5. Желание обрести силу есть достойное желание. Кто не желает обрести её, тот, как видно, не желает и трудиться на благо мира, и бороться за это благо. Для чего же такой живёт? Поистине, в жизни бездумного камня больше смысла, чем в его жизни. Есть ли он или его нет — невелико различие. Такой, быть может, жизнью своею не оправдает и того воздуха, которым дышит. Так вот что я скажу тебе: желай силы и добывай её ради того, чтобы употребить достойным образом. Пройди ступенями, которые таковы: первая — знание того, что подлинная сила существует; далее — знание того, что она такое; далее — стремление обрести её ради должного дела; далее — обретение её; далее — употребление её должным образом. При этом помни, что если силу не употреблять так, как надлежит, то и прибывать её не будет, хотя бы ты и была безупречна. Сила не может пропадать втуне: либо она вершит своё дело, либо же её нет вовсе. Поэтому прежде чем желать силы, взрасти в себе желание трудиться и бороться, — это нужно для того, чтобы сила в тебе увидела русло своего течения и чтобы она могла излиться в него. И помни, что цена подлинной силы высока: лишь тот, кто ради вершения блага не пощадит себя, — лишь он сумеет обрести её. Это так потому, что кто ценит свою жизнь выше благополучия мира, тот не сможет сделать ничего, ибо нет вершения блага без борьбы, а борьбы — без опасности. Такой будет печься о том лишь, чтобы не пострадать, и ради себя забудет о мире. Но чем большим готов пожертвовать человек, тем больше силы ему будет дано Природой. Вот что помни всегда: получать достоин только тот, кто умеет отдавать. И кто способен не пожалеть жизни, если в том будет нужда, тот получит великую силу, коей сможет зиждить жизнь мира. Так, тот, кто готов отдать жизнь, на деле отдаёт её в уплату не за силу, а за благо всего мира и Мироздания, — и разве это чрезмерная цена?
     6. Для обретения силы прежде прочего необходимо знание. Нужно знать, что она существует, и какова она, и как её добыть, и как употребить. Кто ищет знание, тот ищет силу. Знание — корень верной жизни, сила же — один из её плодов. Не будет корня — не будет и плода. Поэтому ради стяжания знания следует делать то же, что следует делать ради стяжания силы. Нужно искать знание, трудиться ради него, многое ради него вынести, не щадить ради него себя. Оно — великая драгоценность. Оно — корень силы и, значит, оно — исток всего того блага, которое можно свершить, если обладать силой. Вот что такое знание: оно есть грядущее благо. Цени же его соответствующе; трудись ради него так, как трудилась бы ради самого блага. Ни силы не добудешь без знания, ни блага не свершишь, ибо не будешь знать даже и того, как правильно вершить его, чтобы по ошибке не вышло зла. Цена силы велика; и знание имеет ту же цену, ибо оно есть начало силы. Знание, как и сила, не бывает ради самого себя, — но только ради блага. Это значит, что эгоист не обретёт ни того, ни другого. И прежде чем искать знание, нужно решиться посвятить свою жизнь миру и людям. А если нет, то всё будет напрасно. Хотя бы ты и трудилась, и не щадила себя, — ты ничего не обретёшь. Драгоценнейшие знания, сама Истина, — всё будет для тебя пустым звуком, и силы тебе не даст. Если же ты желаешь предать себя всеобщему благу, тогда и знание будет кстати. Оно само поведёт тебя к сему благу путём великой силы. Есть, впрочем, люди, которые не предают себя без остатка всеобщему благу, но при этом остаются достойными людьми, мало в чём заслуживающими упрёка. Так бывает; но мало сторониться зла: надо жить ради блага. А таким людям, хотя они и неплохи, всё же не обрести силы, о которой я говорю. Их силы достаёт им на то, чтобы преодолевать зло в самих себе, — о большем же они и не радеют, и потому сил на большее им не обрести. Если бы великая сила и владения Блага были на небе, а бессилие и владения зла — под землёй, то вышло бы, что люди эти как раз ходят по земле. В бездну им не пасть, — но и к небу не подняться, и не свести с него живительного дождя на гибнущие от засухи нивы. Если бы тебе довольно было и того, чтобы быть такою, я бы и вовсе не стал говорить с тобою о силе. Но ты желаешь большего, — и я говорю тебе: утвердись в своём стремлении предать себя благу мира. Источник же знаний ты уже отыскала: я даю их тебе. Так, начало твоего пути к подлинной силе уже проложено. Иди же по нему, — а я помогу тебе в этом.
     7. Знание есть знание и того, как надлежит жить. Человек не должен ронять себя; звание человека слишком высоко и драгоценно для того, чтобы осквернять его неподобающими поступками. К тому же и силе надобен достойный сосуд: в грязный сосуд благая сила не притечёт. Поэтому обретя знание озаботься тем, чтобы через него сделать себя лучше. Учение говорит, каким должен быть человек: постарайся же стать такою. Нелегко это, — но необходимо. Изживи в себе всё дурное и ложное. Сделай лучше свои мысли, чувства, желания, привычки, поступки; сделай совершеннее саму свою жизнь. Даже те ходящие по земле, о которых я говорил, — даже они умеют отвергнуть зло. И каждый человек может это, если хочет. Но мало не быть хуже, чем ты есть: надо ещё совершенствовать себя, чтобы стать лучше. И я скажу, что это тебе по силам. Да, это так; не усомнись в моих словах, — ведь я знаю тебя, знаю, какова ты, и в этом не ошибусь. Во всяком человеке есть дурное; есть оно и в тебе. Увидь же его в себе; увидь и изживи. Всякий порок много слабее человека; и как же ничтожен, как жалок тот, кто даёт пороку власть над собою! Распознай в себе пороки — будь они даже неявственны — и взгляни каждому из них в лицо. Борись с ними. Пусть борьба эта станет первым из дел добра, которые можешь ты совершить. Что доброго сможешь ты сделать для других, если не сумеешь преодолеть зло в себе? Так помни, что даже о своём совершенствовании ты радеешь ради других, а уж после — ради себя. Помни это, — иначе желание стать лучше обратится в эгоизм, а эгоизм — в гордыню. Гордыня же, подобно сорной траве, заглушит побеги того доброго, что могло бы в тебе взрасти. Вот первый шаг в том, чтобы стать лучше: хотеть этого ради других прежде, чем ради себя. Это дело заслуживает вершения, — и сила для его вершения придёт к тебе. Но придёт, лишь если стремление и старания твои будут искренними. Человек способен обмануть себя, но обмануть Природу он не может, ибо она всезряща. Она усмотрит ложь — и не даст силы, чтобы силе не быть осквернённой ложью и погубленной впустую. Итак, тебе надлежит стать лучше: так ты приуготовишь для силы подобающий сосуд, и уже примешь в него немало силы. И чем больше трудов для истребления в себе зла ты приложишь, чем больше тягот и страданий выдержишь, тем большую силу дарует тебе Природа, зная, что ты того достойна.
     8. Знание являет человеку, что правильно, а что неправильно; значит, также и то, что справедливо и что несправедливо, — ведь правильное деяние не может быть несправедливым. А справедливость — великое благо, и потому она даёт великую силу. Телом человек слаб; много есть в мире такого, что легко повергнет его. Духом же он может быть столь силён, что ни в мире людей, ни во всём третьем мире, ни во втором мире не сыщется никого и ничего, что могло бы его повергнуть. Помни, что главнейшая сила человека — сила духа: это она вершит дела великого блага. И справедливость сказанных дел наделяет человека столь великой мощью, что часто он и сам не подозревает даже, сколь силён. Он может тогда и то совершить, что будет мниться подлинным чудом. Если он справедлив и вершит правое дело, то он — воин Блага; и тогда ему дарует свою мощь Воительница, о коей тебе ведомо. Всякий человек един со всем Мирозданием и со всеми богами, вершащими в Мироздании своё дело. Такова и ты. И в тебе есть сила Воительницы; а чтобы сила эта пробудилась в тебе, нужно, чтобы дела твои были справедливы: ведь Воительница — Бог Правой Борьбы. Если будешь такою, в тебе воспрянет сила Воительницы, и сама Воительница незримо будет с тобой, и даст в руки тебе свой меч, повергающий зло. Так соединятся две ипостаси великой силы: одна — в тебе, другая — вне тебя, — и ты обретёшь мощь, о которой я говорил. Ничто дурное не устоит против тебя, — ведь у Воительницы нет равного соперника, а в тебе будет её сущность. Да, это будет так; но для сего дело твоё должно быть правым. Кроме того, оно не должно быть ничтожным. Хотя и в малом деле, если оно право, есть сила Воительницы, но, всё же, каково дело, такова и сила. Я говорил тебе уже, что для обретения через Воительницу великой силы надлежит избрать себе столь же великое дело. И ещё помни, что дело это следует вершить ради справедливости, а не ради обретения силы, — только тогда сила будет дана тебе.
     9. Вот что ещё даёт силу, и силу немалую: преданность и верность. Кто избрал себе дело и беззаветно предан ему, в том открывается кладезь силы. Хотя плоть его уязвима, дух его неколебим; такой вынесет всё, и всё преодолеет, и свершит великие дела. Ни тяготы, ни муки, ни худшие из горестей не смогут его сломить; и сама смерть не пресечёт его пути и не заключит его душу в оковы страха. Никто не сделает его рабом и никто не будет иметь над ним власти, — за исключением того, чью власть над собой он признает сам, по своей воле и по принципу преданности. Так, преданность есть подлинная мера свободы, каковую меру человек избирает для себя сам. И она не бывает частичной: нельзя быть преданным не вполне, — можно быть преданным или не быть, и не иначе. Подлинно верный человек не бывает предателем, — следовательно, он не подл, и чист от этого зла. Чистота же делает человека совершеннее; а чем он совершеннее, тем он сильнее. Но кроме того, преданность сама по себе придаёт великую силу: таково её свойство. И оно столь могуче и абсолютно, что даже и дурной человек, если он предан чему-то или кому-то, и предан искренне, беззаветно, не щадя себя, — даже он обретает немалую силу. И даже если некто так же предан чему-то ложному или дурному, то и он обретает силу. Вот какова мощь преданности. И если так, то пойми, какая мощь даётся тому, кто чист и предан подлинному благу! Что же до совершенствования, то преданность взращивает в человеке много благих и подлинно драгоценных качеств: честность, терпение, усердие, храбрость, способность на самопожертвование и иных. Все они делают человека лучше и совершеннее. О самопожертвовании скажу особо. Нельзя быть подлинно преданным тому, что ценишь ниже себя самого. Такая преданность умирает в тот миг, когда возникает необходимость выбора: сохранить ли верность или пострадать. Страх приносит её в жертву эгоизму. Это — не преданность, но ложь и торжество порока. И ты помни вот что: за что ты не способна умереть, тому ты не предана. Если же ты предана чему-либо, и предана неложно, то и страдания тебя не устрашат и не сломают, и даже смерть за это будет тебе в радость. Тогда будешь сильна. Кто силён этим, тот душою своею за год сделает больше добра, чем тот, кто ничему не предан, — за век. Преданным же можно быть мировоззрению, какому-либо делу, какому-либо человеку или чему-то ещё; надлежит лишь постараться избрать для своей преданности достойный предмет, чтобы не обмануть себя и не сделать её напрасной. Будь предана тому, что заслуживает преданности, — и искусы пороков не возьмут над тобой верха; ты же обретёшь силу, поистине достойную изумления, и сможешь свершить немало добра. А тот, кто ничему не предан, — что он сделает доброго? Разве что накормит своё брюхо. А для чего было рождаться человеком тому, кто желает жить как бездумный скот?
     10. Есть ещё один кладезь безмерной силы: любовь. У неё не один лик, но сущность одна. Нельзя не любить мир, — ведь он един с тобою. Природа добра и прекрасна, и она — твоя подлинная мать, и ты — одно целое с нею: разве сможешь ты не любить её? И она даст тебе свою силу. А кто не любит её, тот не сумеет принять от неё силу, ибо русло течения благой мощи закрыто в нём. Человек велик и прекрасен; он есть лучший из плодов Природы в сём малом мире. Можно ли не любить его? И эта любовь даёт силу, — но тогда лишь, когда она полна, не ущербна. Нельзя любить одних, не любя других, и говорить, что ты любишь людей. И даже если ты любишь всех, кроме кого-то одного, то и тогда не говори, что любишь людей. Подлинная любовь не знает различения на добрых и дурных; она не разбирает, кто достоин её, а кто не достоин. Нет людей, не достойных любви. Легко любить добрых людей; любить же дурных людей — тяжкий труд, но труд, достойный человека. Всякий человек хорош; это так, потому что хороша сама сущность человека. И нужно уметь видеть в нём его сущность, и её любить. Дурное же в человеке подобно недугу, — и недуг этот излечим. И кто умеет любить человека и лечить сказанный недуг, тот достоин обладать силой, и он получает её. Такой живёт для людей; и чем больше сил он отдаёт им, тем больше в нём прибывает силы. Но вот что помни: кто любит людей только ради того, чтобы получить силу, тот на деле не любит их, и силы не получит. Любовь его ложна: не любовь это, а корысть. Природа всезряща: она усмотрит ложь, и силы не даст. Может быть, ты сумеешь обмануть даже себя, — но нет того, кто мог бы обмануть Природу. А сама по себе сила на лжи не взрастёт. Поэтому лучше честно сказать себе: «Я не люблю людей», чем говорить: «Я люблю людей», а на деле не любить. Но кто не любит людей, тому дорога — к любви, а значит — к силе.
     11. Есть и иная любовь: для примера назову любовь к родителям, детям и прочим родичам, к друзьям, к наставнику или ученику. Всё это даёт силу. Но среди сего величайшая любовь есть любовь к детям. Мать, любящая своё дитя, обладает такою силой, перед которой почтительно склоняется сама Природа. Ведь порождение из себя новой жизни есть бесподобное чудо блага. И ради того, чтобы оберегать и взращивать эту жизнь, матери даётся сила, которую едва ли возможно и представить. Сила отцовства велика тоже; но ты — женщина, и я говорю тебе о силе материнства, которая может стать твоей. Есть матери, недостойные даже и называться таковыми, которые не любят своих детей. Такие поистине ничтожны; сила одной любящей матери больше силы всех их вместе взятых, сколько их было, есть и будет. Есть и ещё один лик у любви, и ведом он всем: любовь к одному человеку. Вот любовь, для которой нет предела; такова же и сила, проистекающая из неё. Чего не может тот, кто любит? Всё в его силах. Ничто его не повергнет; даже смерть бывает преодолена им и бежит от него. Если же он и принимает смерть, то смерть ради любви для него — наслаждение. Такая любовь сама есть бездна силы, предела коей достичь невозможно. Но следует уметь различать подлинную любовь и ложную. Если любовь к кому-то была, а потом иссякла, и нет её более, — тогда это была не любовь. Любовь — бездна: как же бездна может иссякнуть? Вот что верно: подлинная любовь не кончается, и она не боится смерти. Кто любит, тот гонит смерть и от себя, и от того, кого любит. И выкупить своею жизнью жизнь любимого человека — это самое малое, что может он сделать и что счастлив он сделать. И силу любовь даёт такую, какой хватило бы и на то, чтобы сотрясти Вселенную. Предел же у сей любви лишь один: она не вершит зла. Подлинная любовь чиста, и она делает человека лучше, совершеннее. Если же некто ради любви вершит зло, то это — не любовь уже, но душевный недуг, род безумия. А если любовь чиста и подлинно сильна, то она вершит чудеса блага, среди коих — прекрасный плод её, порождение новой жизни. И со временем настоящая любовь не угасает; и бывает, что и после смерти люди любят. И бывает даже, что и в новую жизнь человек приходит, любя того, кого любил в жизни прежней; а иной и в новую жизнь идёт за прежней любовью. Века и века проходят, — а любовь живёт. Видишь ли, какова её сила? Ни смерть, ни время, ни пространство не могут одолеть её, и ничто иное не одолеет тоже. Она вбирает в себя силу самой Жизни, и от времени и бед только становится прочнее, подобно металлу, закаляющемуся в огне. Сам Дракон бежит от неё, — поэтому на ней нет скверны. Понимаешь ли, какова её мощь и что может она совершить? Нелегко разуму это понять, и не всякий сумеет это понять; но тебя я знаю, и знаю, что тебе понять это под силу. Душа же ощутит это скорее разума, и силу эту легче сперва понять душою; а душа сумеет разъяснить это разуму.
     12. И вот ещё один источник силы: когда некто дарует тебе свою силу. Нужно быть достойным такого дара. Если человек живёт так, как подобает жить человеку, то всё вокруг дарует ему свою силу. От пищи он получит силы больше, чем получил бы другой, и от воздуха, которым дышит его грудь, и от света солнца, и от прочего. Всякая тварь поделится с ним силой, а вреда не причинит. И дерево, и водный поток, и огонь, и толщи земли, и даже безгласный камень, и далёкая звезда, искрой сияющая в ночном небе, и то, о чём он не знает, — всё даст ему частицу своей силы. Вершится так потому, что подлинный человек открыт для всего существующего, и в единстве он таков, каким надлежит ему быть. Великие потоки текут сквозь него, и он — их часть; то доброе, что есть в нём, они несут другим, а их доброе — ему. И силы в нём не убывает, но только прибывает, — ибо то, что отдаёшь, умножается так, что и ты не теряешь, и другой приобретает. Не жалей же своей силы для других, — ведь ты обретёшь больше. Но, отдавая силу, не подразумевай обмена: это — корысть, и ты не получишь ничего. Отдавай силу потому, что она нужна другим, а не потому, что она нужна тебе; и не бойся отдать больше, чем можешь, потому что такого не бывает. И если будешь такою, тогда можешь и попросить силы у чего-либо, и получишь её. Человек же, живущий недостойно, закрывает пути силе. Он не таков, каким должен быть для того, чтобы сила нашла дорогу в него; поэтому силы он не получит, хотя бы кто-нибудь и желал дать ему её. Избегай же неподобающего. Далее скажу, что и человек может дать силу человеку. Те, для кого ты хороша, кто любит тебя разными ликами любви, кто почитает тебя, кто желает тебе добра, — все они дают тебе частицу своей силы. Я же — твой Учитель, и я тоже даю тебе свою силу, и буду давать и впредь. И когда я умру, то и тогда буду наделять тебя силой, потому что ты — моя ученица, и можешь принять её.
     13. Подобно же можно получить силу и от богов. Они — частицы Природы, и, значит, — частицы тебя. Их сила есть в тебе; но нет у неё надлежащего пути к проявлению. Лишь часть её свободно вершится в тебе. Это так потому, что свойства, зиждящиеся на законах, вершимых богами, развиты в людях недостаточно. Как проявиться в человеке силе Бога Храбрости, если этот человек не радеет о том, чтобы быть храбрым? Так и с прочими. Сила богов есть в человеке, и для проявления её ему прежде прочего надлежит знать о богах. Знающий разум торит дорогу силе. Мысль пролагает ей русло, как бы указует путь. Но не следует просить у богов силу. Если будешь такою, что сможешь её принять, — она сама изольётся в тебя; если же нет — то этого не будет, как ни проси. Если сосуд полон грязи, чистой воды в него не нальёшь; когда же он исторгнет из себя грязь, вода хлынет в него сама, — ибо столь драгоценный сосуд, как человек, никогда не бывает пустым. Далее, взращивай в себе благие свойства, коими правят боги. Познавай, учись правде, справедливости, любви, верности, храбрости и прочему доброму, — и боги будут вливать в тебя свою силу, и будут ликовать о тебе, ибо ты будешь вместе с ними идти надлежащим путём. А когда обретёшь немалую силу и будешь уметь распорядиться ею должным образом, тогда и Бог Силы даст тебе свою мощь. Но помни вот что: добрые свойства нужны человеку не ради обретения силы, но ради вершения блага. Сила есть не цель, но средство. Изменяя себя, думай о тех, кто нуждается в тебе: тогда и боги узрят в тебе достойное русло для течения их силы. Ведь они существуют ради блага; и ты пойми, что человек существует ради того же.
     14. Некоторую силу можно добыть, упражняя себя. Можно упражнять тело, ум, волю. Такую силу может добыть всякий человек, — даже и дурной. Поэтому полагаться лишь на неё не следует, ибо может отыскаться тот, кто повергнет тебя. Меньшая из такой силы есть сила тела. Многое в мире повергает её; свершить же через неё можно весьма мало. Сила ума много больше, и она вершит весьма многое; но и у неё есть предел, — ведь в ларец ума не положишь больше, чем может он вместить. Сила же воли предела не имеет. На силу тела может сыскаться большая сила, равно и на силу ума; воля же может быть такою, что управы на неё нельзя будет найти нигде. Если воля поистине сильна, то может найтись другая, равная ей по силе, с коей они не повергнут друг друга, — но сильнее не найдётся. Сила воли не столь вершаща, как сила ума, но зато много более зиждяща, нежели чем она. Но каждая из трёх сказанных сил может оказаться в тебе и больше, чем ты ожидаешь. Так бывает тогда, когда употребляешь их во благо. Тогда само Благо придаёт им мощи, и они, паче чаяний, совершают то, чего иначе нельзя было бы совершить. Есть люди, ищущие силу и в ином различном, — к примеру, в колдовстве. О сём скажу так: не ищи силы в этом. Колдовство есть насилие над Природой и человеком; оно вредоносно само по себе, — даже и тогда, когда его вершат ради блага. На деле добро из него не взрастает, а взрасти может лишь иллюзия добра, чреватая злом и горем. Подлинной силы через него не обрести, — ведь её не бывает без подлинного блага. Ложная же сила, обретаемая через колдовство, на деле ничтожна, — а обходится столь дорого, что в сравнении с этою платой многие из тяжких мук малы; и от сего платежа не уклониться даже и через смерть.
     15. Всё, что сказано мною в сём послании, есть не измышления мои, но то, чему учит Учение; иного я сказать не мог бы. И всё это — правда, ибо Истинное Учение не может лгать. И ты видишь, что наилучшим образом исполнять всё это может лишь тот, кто принадлежит к Учению, — ведь прочие и не поверят в то, что я сказал, и не сумеют следовать даже тому немногому, во что, быть может, всё же поверят. Кто поверит во всё, что я сказал, и не поверит всего лишь во что-нибудь одно из этого, тот не сможет следовать и прочему, потому что нарушенное единство есть уже единство ложное, и оно не может сделать того, что могло бы сделать, не будь оно нарушено. Итак, в полной мере следовать тому, что я сказал, сможет лишь тот, кто привержен Учению. Кроме того, Учение и само по себе даёт большую силу. Это так потому, что оно есть одно из проявлений Природы, и принадлежность к нему есть путь к раскрытию Природы в себе и к овладению её силой. Вот что верно: чтобы обладать силой Природы, нужно быть Природой; чтобы вершить законы Мироздания, нужно жить по ним и стать ими. Учение — путь к этому. Стремление к столь высокой цели, как единение с Природой, уже само по себе даёт силу, — и силу могучую. Сверх того, последователю Учения даёт силу и Бог Верных, — а его мощь велика: не одну сотню тысячелетий копил он её, и вершение его не однажды возрождалось в мире людей, очищая сказанный мир от скверны и повергая зло. Сила эта доступна тому, кто принадлежит к Учению, и он может научиться употреблять её надлежащим образом. Далее, во Вселенной есть Вечный Народ, слагающийся из тех, кто принадлежит к Учению в третьем и втором мирах. Войдя в Вечный Народ, ты обретёшь и его силу. Сила, родившаяся в далёких краях Вселенной, будет твоей: это так. Однако прежде научись быть достойной её. И научись быть такой, чтобы в тебе она обрела подобающее ей русло течения. Тогда сумеешь узреть её в себе и употребить надлежащим образом. Всё это стоит немалого труда; но разве оно не заслуживает усилий? Следование Учению есть труд в себе и собою; но и плод оно даст достойный и человека, и Мироздания. Кроме того, помни вот о чём: кто в Учении, тот не одинок. Помощь — может быть, даже и не явную для него самого — обретёт он и от Природы, и от Бога Верных, и от Вечного Народа, и от своего Учителя, и от того в нём самом, чего он даже не знает. Вот что хотел я сказать тебе о силе и об источниках, из которых можно её черпать.
     16. Ты видишь, что всё может быть источником подлинной силы, — всё, кроме зла и заблуждений. Но никто и ничто не сможет проложить верного русла для того, чтобы она притекла в тебя: только ты сама способна сделать это. Ты — и русло течения силы, и сосуд для неё. Ты видишь, в чём здесь суть: суть в том, каков человек, желающий обрести силу. Если он таков, каким должен быть человек, то сила придёт к нему; если же нет, то сила не придёт, что бы он ни делал. Итак, помни: суть обретения силы — не в самой силе, но в человеке. Только достойный сосуд обретает достойное содержимое. Иначе не бывает. Относительно же источников силы помни вот что: каков источник, такова и сила, из него проистекающая. Ложный источник даст силу ложную, ничтожную. Когда некто скажет, что некоторые практики способны даровать силу, подумай вот о чём: из чего можно почерпнуть больше силы — из манипуляций ли с каплей энергии, или же из Природы, равной Мирозданию? Важно избрать верный путь, — иначе после может оказаться, что и жизнь потрачена зря. Избери же себе верную цель и верные средства для её достижения: иначе силы не добыть. А чтобы не ошибиться, не забывай о том, кто ты и для чего живёшь. Ты — основа самой себя и всего, чего ты хочешь и что можешь. Распорядись собою достойно, — вот о чём я прошу тебя. Итак, я сказал всё, что намеревался сказать тебе. Перечти писание это не единожды, чтобы ясно понять то, что в нём сказано, и после верши себя так, как сочтёшь нужным.

      Доброго пути.